учного потенциала университетов. Главной задачей на современном этапе является создание среды инновационной экосистемы на уровне страны, региона, вузов и кафедр, при этом не следует забывать, что даже самым прогрессивным технологиям в сфере инноваций не присуща этика, а любая технологическая революция реализует количественный потенциал, поэтому поиск внешних правил, активизирующих обучение остается ключевой задачей.
В институциональной теории существует феномен дихотомии Веблена, который связывают с противоречиями, возникающими в ходе социальных изменений между инновационными технологиями и тормозящими развитие институтами, в число которых сегодня попадают и классические университеты РФ. Приватизация собственности, начатая в 90-егоды сегодня распространяется и на социальные сферы, размывая границы общественной жизни. Введение в обиход и научную терминологию таких понятий как « человеческий капитал », « человеческий ресурс »- не является игрой в термины, а прямо указывает на место человека в глобальной системе в качестве фактора производства и возможного места в бизнесе, в зависимости от приносимой им пользы и прибыли. Проводя приватизацию, государство передает и функции частным структурам, например, в форме частно-государственного партнерства, тем самым, обретая его поддержку за рубежом нередко становится инструментом транснациональных корпораций в проведении политики не только в сфере бизнеса. Подчинение социальной жизни интересам капитала – процесс неизбежный в условиях частной собственности, но регулируемый прямо и косвенно. По мнению Четвериковой Е. Н., изложенному в монографии « Разрушение будущего »:
« Круглый стол европейских промышленников или просто Европейский круглый стол( ЕКС), созданный в 1983 г. и объединивший 47 крупнейших европейских корпораций, главы которых регулярно присутствуют на встречах Бильдербергского клуба-главный мотор наднациональной унификации Европы, основной игрок и ключевая группа давления на европейской политической сцене, оказывающая решающее влияние на европейских лидеров и фактически составляющая документы Европейской комиссии », с момента его доклада 1989 г., « Образование и компетенции в Европе » перестали говорить о « знаниях » и « знании », на смену которым пришли « компетенции ».
Речь идёт не просто о смене терминов, а о принципиальном изменении содержания, поскольку компетентность понимаются не как образованность, а как некий продукт, изготовленный по заказу клиента. В 1991 г. ЕКС опубликовал новый доклад, в котором уточнялось: « Открытый университет – это промышленное предприятие, а дистанционное обучение – это новая отрасль промышленности »
Публикуя « Белую книгу », к образованию и исследованиям применяются уже такие термины, как « гибкость », « мобильность », « трудоустройство ».
При создании ВТО в состав услуг попали и связанные с интеллектуальной собственностью, то есть услуги детских садов, школ, университетов, больниц, объектов культуры, ЖКХ, школы, университеты, больницы, дома престарелых, объекты культуры, ЖКХ и т. д. С этих пор « Образование должно считаться услугой, оказанной экономическому миру »( См.: Du processus de Bologne, а la loi L. R. U., une catastrophe annoncйe. Par Geneviиve AZAM) Национальные правительства должны рассматривать образование как процесс, идущий от колыбели до могилы » и они тоже должны быть открыты для доступа иностранного капитала. В 1999 г. министры образования 29 стран подписали известную Болонскую декларацию « Зона европейского высшего образования », к которой присоединились 47 стран.
Таким образом, предполагается, что, сформировавшись как новый институт, обеспечивающий устойчивое развитие экономики, университеты будут способствовать наращиванию инноваций, создавая, таким образом, набор возможных сценариев дальнейшего развития экономики в условиях перехода к новому технологическому укладу. Однако, возникает асинхронность развития технологий и базы университетов, механизмов регулирования взаимоотношений с бизнесом, избалованным бесплатными для него человеческими ресурсами, уже присутствующими на рынке труда, что является причиной возникновения противоречий и негативных социальных последствий. Университеты, истощенные реформированием, не готовы к реализации целей бизнеса.
112