ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
этого термина). « У низкого и высокого, у большого и малого, у грубого и утончённого, у возвышенного и убогого,— говорится в постоянно повторяющемся фрагменте Палийского канона,— нет никакого“ Я”». И это изумительное высказывание— главная идея заключительного, третьего этапа буддийской практики Самадхи, или умственной концентрации, приводящей к Высшей Мудрости и проницательности. Иными словами, смысл учения анатма состоит в том, что Жизнь, с точки зрения глубочайшей истины,— это Одно, что концепция « Я » и « не-Я »( или « Вселенная ») как контрастирующих и обособленных понятий основана на заблуждении гораздо большем, чем древнее заблуждение геоцентрической астрономии. Вся Жизнь— Единое Целое. Ни в сердце человека, ни на небесах нет никакого отдельного бессмертного существа, отдельного или другого существования от всего, что есть во всех мирах. И это Единое Целое, или Вся Жизнь, с которой мы связаны, подчинено Трём Великим Сигнатам— характерным признакам, или символам бытия: бренности( анитья); подверженности страданиям( дуккха); отсутствию самости, или отдельной души( анатма).
На вопросы « откуда взялась Вселенная », « что являлось причиной её возникновения, первопричиной »( используя фразу, которую буддист счёл бы саморазрушающейся из-за противоречия в самом термине, ибо « причина »— это бесконечная, как круг, последовательная цепь); на вопросы « кто создал всё это » и подобные им,— единственным ответом Будды, согласно буддийским писаниям, было « Благородное Молчание Мудрого ».
Правда в том, что на подобные вопросы нет ответов; наш мир действительно имел своё начало— это отмечено в древних буддийских работах в конкретных терминах, похожих на современные небулярные космогонические теории,— но не Вселенная. Кроме того, как однажды объяснил Мастер, подобные вопросы, как правило, не помогают нам. На них нет ответов, либо эти ответы очень ограниченны и не приближают нас к нашей цели— концу страданий, Великой Цели и плодам Жизни. В ответ на эти вопросы Будда рассказывал своим собеседникам такую притчу:
Допустим, Малункьяпутта, человек ранен [ в бою ] отравленной стрелой, и его друзья и родственники приносят его к лекарю [ и умоляют позволить намазать рану целебной мазью, чтобы яд не разливался по венам ]. Допустим, человек скажет тогда: « Я не позволю вынуть эту стрелу, пока не узнаю, кто в меня выстрелил; кшатрий ли он, или брахман, или вайшья, или шудра; каково его имя и из какой он семьи; высокий ли он, низкий или среднего роста; цвет лица у него чёрный, коричневый или золотой; из какой деревни, селения или города он родом. Я не позволю вынуть эту стрелу, пока не узнаю, из какого вида лука выстрелили в меня; какая тетива была на нём; какого вида стрела; из чьих перьев оперение на ней и из чего сделан наконечник этой стрелы ». Малункьяпутта, этот человек умрёт, так и не получив ответы [ на все эти бесполезные вопросы ].
196