ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
ла безгранична, то должна была бы приравняться к бесформенности. Следовательно, как « вовне », так и « внутри » нас не может существовать такой формы сознания, которая оказалась бы в состоянии заполнить собой бесконечность пространства и времени. А поскольку в бесконечном пространстве возможно присутствие неограниченного количества ограниченных форм, то граница между отдельными формами будет всегда представляться нам как « провал космической тьмы ». Находящиеся в этой тьме формы будут тогда бесчисленными звёздами, свет которых позволяет их обнаружить и исследовать. Ни одна из них не может затмить собой другие, так как находится с ними в совершенно равных условиях. Ни одна из них не может и слиться с другими, потеряв свою индивидуальность и лишив индивидуальности всех остальных.
Такова аксиома разума, сдавшегося на милость неведения. Долго блуждал этот разум в лабиринтах своих и чужих идей, кропотливо взращивая концептуальное здание и веря, до поры до времени, что оно в один прекрасный день охватит всю Вселенную непререкаемыми формулами, происшедшими из единого корня. Наслаждаясь чеканностью собственной логики, разум, в конце концов, обнаружил, что его система, которая, казалось бы, вот-вот должна прийти к последнему, решающему Тезису, не может быть завершена никогда. Разум познал крах иллюзорного могущества « интеллектуальной интуиции » и понял, что ему ничего не остаётся, как капитулировать перед той « Авидьей », с которой он так долго и ожесточённо боролся во имя достижения « Видьи ». Тогда он признал своё поражение, сложил оружие и... превратился в « танцующую звезду ».
3. Хроника « танцующей звезды »
Я говорю вам: нужно носить в себе ещё хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую звезду. Я говорю вам: в вас есть ещё хаос.
Фридрих Ницше
Перспектива-1
За пределами этого мира простирается бескрайний и бездонный океан, состоящий из чистой энергии. Но что значит « за пределами »? Пределы устанавливает наш разум, который вмиг заполнил бы Вселенную своими мертворождёнными идеями, если ему дать на то волю. А вне разума мы— лишь часть Океана.
Огонь— его сущность и форма. Он может принимать обличье воздуха, воды, земли или « эфира », но это не говорит о качественном различии « стихийных начал ». Его иконами поэтому являются и солнце, и звёздное небо, и твердь земли, и морской простор. Его нельзя назвать « Высшим Космическим Разумом » по причине того, что разумность— есть часть, производная от Целого. Мы вкладываем в понятие « осмысленной деятельности » содержание, характерное для нашей же ограничивающей самое себя природы, а затем стремимся перенести данное ограничение на план « безусловных величин ». Однако у Абсолюта не может быть логики, ибо он ничем не огра-
116