АПОКРИФ-97: 11.2015( H5.1 e. n.)
жет, не является настолько фундаментальной идеей, он есть лишь видимость для философа, в то время как профан рассматривает его как божество, олицетворённое солнечным диском, планетами и звёздами— недаром астролатрия была одной из древнейших религий на Земле. Но что такое « Бескорний Корень », если не Тьма, в которой ещё не вспыхнул Изначальный Космический Огонь?
Здесь наблюдается, однако, определённая штампованность рассуждений. Наши понятия о Тьме как причине Света основаны на священных писаниях земных культов: Ведах, Септуагинте, Сефер Йецире, Старшей Эдде, книгах Гермеса Трисмегиста и т. д. Не кроется ли в этом факте подвох, которого обычно не замечают? Упомянутые трактаты, легенды и пророчества записывались людьми, которые хорошо умели скрывать свои подлинные намерения и взгляды, будучи так называемыми « посвящёнными ». За разглашение тайны, сообщённой ему, инициированный мог быть предан смерти, а потому писать книги « для всех » приходилось очень осторожно...
Культ Великой Тьмы как Первопричины, в глубинах которой сокрыт Абсолютный Принцип Всего-Ничто, слишком бросается в глаза при чтении священных текстов(« Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездной...»). Он понятен философу. Перед ним в трепете преклоняет колена профан, ибо всё « тёмное » и непостижимое способно вселить страх и религиозное благоговение. А те, кто хочет внешне быть похожим на посвящённых, будут удовлетворены, когда им сообщат « страшную тайну » об Абсолютном Первопринципе. Они будут ходить с важным видом, упиваясь чувством собственной иллюзорной значимости, а потом предадутся сакраментальному разврату, оправданному разнообразной софистикой. Не так ли проводились оргии в гностических сектах, где изначально присутствовала та или иная « глубокая » философская система?
Изощрённый цинизм мирского общества будет удовлетворён, когда ему предложат « философского бога », которого в любой момент можно назвать « материей », « энергией », « любовью », « сексуальностью » или как-нибудь ещё. Но чего решительно не примет циник, так это « простой и ясной вести о том, что Свет и Добро существуют »! Не в церковных стенах( хотя и там, может быть) и не на сцене за пультом протестантского пастора, а также не в специально, вроде бы, для этого отведённых « священных рощах » или местах упокоения « великих святых ». Потому что любая вера может быть поставлена под сомнение, и из всех вер мы способны выбрать ту, что нас более всего устраивает. Какая же « красивая ложь » устраивает меня?
Вера в то, что Свет вечен и, более того, предвечен. В то, что первоначально он нетварен, т. е. не зависит от обусловленного бытия с его страданиями и суетой. И к этому нетварному Источнику независимости может приложиться всякий, будь он человек, дьявол или ангел. Тьма преходяща, ибо способна лишь на короткое время поглотить вечное Сияние, которое впоследствии всё равно выйдет наружу, растопив статический лёд косности и вдребезги разбив кривое зеркало. Иррациональность подобных утверждений только упрочивает их статус как нетленных архетипов, присущих глубинным слоям нашего подсознания. А раз Свет имеет власть сокрушить чёрные тенёта « интеллектуальных истин », раз он идёт рука об руку с сомнением, испытывающим на прочность любую догму, значит, он есть не слабость, но великая Сила! Это— « огонь изнутри », пожирающий нестабильные формы, чтобы кристаллизовать вечно молодое, незыблемое основание жизни. Это Добро как Начало Жизни, к
111