ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
рами книги «Исповедующие феминизм: назидательные истории из странного мира
женских исследований» (Daphne Patai and Noretta Koertge «Professing Feminism:
Cautionary Tales from the Strange World of Women’s Studies» 1 ): студенты Женских Ис-
следований в настоящее время обучаются тому, что логика — инструмент господ-
ства... стандартные нормы и методы научного исследования являются сексистскими,
ибо несовместимы с «женскими способами познания». Эти «субъективистские» жен-
щины видят методы логики, анализа и абстракции как «чуждую территорию, принад-
лежащую мужчинам», и «значимость интуиции как более безопасного и плодотвор-
ного подхода к истине».
Как учёные должны реагировать на утверждение о том, что наша «вера» в логи-
ческую и научную истину — это всего лишь вера — не «привилегированная» по срав-
нению с альтернативными истинами? Самый простой ответ заключается в том, что
наука получает результаты. Как я выразился в «Реке из Эдема» 2 , «покажите мне куль-
турного релятивиста в 30 000 футов, и я покажу вам лицемера...» Если вы летите на
международный конгресс антропологов или литературных критиков, причина, по ко-
торой вы, вероятно, попадёте именно туда, а не опуститесь на вспаханное поле, — в
том, что множество западных научно подготовленных инженеров правильно сделало
свои вычисления.
Наука повышает свои притязания на истину грандиозной способностью застав-
лять материю и энергию прыгать через обручи по команде и предсказывать, что и ко-
гда случится.
Но это всё ещё просто наша западная научная склонность — удивляться точным
прогнозам; впечатляться мощью полёта ракеты вокруг Юпитера на пути к Сатурну
или ремонтом телескопа Хаббл; поражаться самой логике? Хорошо, давайте уступим
и подумаем социологически, даже демократически. Предположим, что мы согласны
(временно) рассматривать научную истину просто как одну из многих, и поместим её
вместе со всеми конкурирующими претендентами: тробрианскую истину, истину
кикуйю, истину маори, истину эскимосов, истину навахо, истину яномамо, истину
Кунг Сан, истину феминистов, исламскую истину, истина индусов... список можно
продолжать бесконечно... и проведём показательное наблюдение.
Теоретически, люди могли бы переключаться с зависимости от одной «истины»
на зависимость от другой, если решат, что у какой-то одной преимуществ больше. На
каком основании они могли бы так поступать? По какой причине один человек мог бы
заменить истину кикуйю на истину навахо? Такие хорошо обоснованные переключе-
ния с одного на другое редки. За одним критически важным исключением. Научная
истина является единственным элементом списка, которая регулярно убеждает но-
вообращённых в своём превосходстве. Люди лояльны к другим системам верований
только по одной причине: они были так воспитаны и никогда не видели ничего лучше.
Если людям повезло иметь возможность голосовать с помощью своих ног, то врачи и
им подобные процветают, тогда как знахари приходят в упадок. Даже те, кому не по-
везло, или кто не может себе позволить пользоваться научным образованием, выби-
1
D. Patai and N. Koertge. Professing Feminism: Cautionary Tales from the Strange World of Women’s Stud-
ies (Д. Патай и Н. Кёртдж. Исповедующие феминизм: поучительные истории из странного мира жен-
ских исследований»). New York, Basic Books, 1994.
2
R. Dawkins. River Out of Eden (Р. Докинз. Река из Эдема). New York, Basic Books, 1995.
144