ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
доминировать над мировой структурой,— сформируется первоначально на пользу деторождения, из которого появляется всё изящное, эффективное и прекрасное в человечестве— красивые и сильные тела, ясные и мощные умы... И метод, которому природа следовала до сих пор для формирования мира и посредством которого слабость препятствовала распространению слабости... это смерть... У людей Новой Республики... будет идеал, который сделает убийство достойным награды ».
Коллега Уэллса Джулиан Хаксли преуменьшал, на самом деле, пессимизм « Служителя Дьявола », так как попытался сформировать этическую систему, в которой видел прогрессивные аспекты эволюции. Его « Прогресс, биологическое и прочее », первое из « Очерков биолога » 1, содержит эпизоды, которые можно воспринять как призыв к оружию под знаменем эволюции: [ человеческое ] лицо обращено в ту же сторону, что и основные приливы и отливы развивающейся жизни, и его самое высокое предназначение, конец, к которому он, как так долго чувствовал, должен стремиться— подвести к новым возможностям процесс, которым вот уже миллионы лет занималась природа, вводить менее и менее затратные методы, ускорять посредством своего сознания то, что в прошлом было работой слепых бессознательных сил.
Я предпочитаю встать рядом с ободряюще агрессивным дедушкой Джулиана, Т. Г. Хаксли, и согласиться, в отличие от Шоу, что естественный отбор— доминирующая сила биологической эволюции; допустить, в отличие от Джулиана, её непривлекательность; и, в отличие от Уэллса, бороться против неё как человеческое существо. Вот что сказал Т. Г. Х. в своей лекции в Оксфорде в 1893 году, в « Эволюции и Этике » 2: « Давайте поймём раз и навсегда, что этический прогресс общества зависит не от имитирования космического процесса, и ещё менее от выхода из-под его контроля, а от борьбы ».
Сегодня это рекомендация Д. С. Уильямса и моя. Я слышу мрачную проповедь Служителя Дьявола как призыв к оружию. Как университетский учёный я, страстный дарвинист, полагаю, что естественный отбор— если не единственный движущая сила эволюции, то, несомненно, единственная известная сила, способная производить иллюзию цели, которая так поражает всех, кто созерцает природу. Но в то же время, поддерживая дарвинизм как учёный, я— страстный антидарвинист, когда дело доходит до политики и вопросов о том, как мы должны вести наши человеческие дела. Мои предыдущие книги, такие как, например, « Эгоистичный ген » и « Слепой часовщик » 3, превозносят неизбежную опытную правильность Служителя Дьявола( если бы Дарвин решил расширить список унылых прилагательных в обвинительном заключении Служителя, он, весьма вероятно, выбрал бы эти два: « эгоистичный » и « слепой »). В то же время я всегда был верен заключительным словам своей первой книги: мы— единственные существа на Земле, кто может восстать против тирании эгоистичных репликаторов. Если вам кажется, что тут пахнет непоследовательностью или даже противоречием, вы ошибаетесь. Нет никакой противоречивости в пользу дарвиниз-
1 Huxley, J. Essays of a Biologist( Дж. Хаксли. Очерки биолога). London, Chatto & Windus, 1926. 2 http:// aleph0. clarku. edu / huxley / CE9 / E-E. html 3 R. Dawkins. The Selfish Gene( Р. Докинз. Эгоистичный ген). Oxford, Oxford University Press, 1976; 2nd
edn 1989. R. Dawkins. The Blind Watchmaker( Р. Докинз. Слепой часовщик). London, Longman, 1986; London, Penguin, 2000.
140