АПОКРИФ-91: 06.2015( C5.1 e. n.)
Георгий Тишинский Очаровательный тандем
Боргмана и Малефисенты
Какой фильм можно назвать действительно гениальным? Таким, который пронизывает душу насквозь? Такой, по которому душа уже давно томится и наконец-то встречает его среди множества других— тусклых, неинтересных. По сути, эта встреча ничем не отличается от знаменитой любви с первого взгляда, которую сегодня принято воспевать даже в самой пошлой обстановке, когда в одной руке зажата расстроенная гитара, а в другой— та самая, кому поётся набор обольстительных и лживых слов. О любви с первого взгляда так много пишут, так много говорят— это модно, и, глядя на успехи других, душа рвётся выразить свою страсть. Эта статья и есть такое признание в любви, потому что я действительно влюбился в работу Алекса ван Вармердама, когда посмотрел его « Боргмана » или же « Нарушителя Спокойствия »( как вам больше нравится.
В сцене Вальпургиевой Ночи Мефистофель и старуха-ведьма, с которой танцует хитрый обольститель, обмениваются неприличными стихами( как была чарующе чиста старинная литература, если такие скрытые намёки могли показаться неприличными!). Вот они:
Мефистофель: Я видел любопытный сон: Ствол дерева был расщеплён. Такою складкой шла кора, Что мне понравилась дыра.
Ведьма: Повеса с конскою ногой, Вы волокита продувной. Готовьте подходящий кол, Чтоб залечить дуплистый ствол.
Не хочу притворяться святошей: эти строки всегда вызывали у меня приапическую усмешку, особенно если учесть, что здесь только стихотворная форма принадлежит Гёте-Пастернаку, смысл же переходит из поколения в поколение: подобные намёки делали и Король-Солнце госпоже де Монтеспан, и я вчерашней стюардессе в самолёте « Москва-Киев ». Но после встречи с Боргманом мне открылся и более глубокий смысл Мефистофелевских ухаживаний.
Порой ждёшь чего-то годами— и в душе словно дыра, и ничто не подходит для того, чтобы её заполнить. Дырочка-то небольшая, да и дискомфорта особого от неё не чувствуешь, вот только она всё равно есть— а кому нужна в душе дырка? Иногда чувствуешь тоску— не такую, от которой хочется повеситься, а как раз соответствующую размеру душевного отверстия: такое что-то неопределённое, за пределами
149