АПОКРИФ-84: 01-15.01.2015( J5.0 e. n.)
тивах, за нарушение которых в конкретном сообществе перестают уважать и считать за своего. Хорошо ли это? Для сообщества— разумеется, как и для каждого его представителя... до тех пор, пока проблему единства рядов не решат за его счёт. Осознавая это, немногие действительно сильные личности, освободившись от мешающих им « общественных договоров », разрабатывают сложные логические построения, единственная цель которых— обосновать необходимость в тот или иной момент поступиться собственными интересами и собственной жизнью ради реального или метафизического сообщества.
Окончательно же освободить личность от внешних обязательств может только одно: осознание того, против кого идёт та борьба, которая именуется Жизнью. Потому что идёт она против всех. И всё, что мы делаем, является либо продолжением этой борьбы, либо трагической ошибкой в ходе её же. Обман во всех его формах, от примитивного вранья до создания « потусторонних » религиозных доктрин, такое же древнее оружие в этой борьбе, как и честный бой лицом к лицу, а любое долгосрочное объединение вызывается лишь общностью целей и базовых установок, но никак не « вечным » метафизическим единством индивидуума и общества, из этих индивидуумов состоящего. Конечно, это знание— не для всех, потому что подавляющему большинству всегда нужны какие-то внешние оправдания собственным поступкам, кроме собственных желаний, но это справедливо, потому что ничтожные желания людей толпы вполне соответствуют их собственной ничтожности. Но те, кто способен не приспосабливаться к Миру, а изменять его в соответствии со своими Желаниями, те, кто способен подчинять других, слабейших и нижайших, кто идёт по своему Пути один— даже будучи до поры до времени для окружающих рядовым солдатом огромной армии— я говорю вам: это ваше знание!
« Жизнь реальна только тогда, когда“ Я есть”»,— так говорил Гурджиев. « Бытие Я »— это самосознание, причём осознание не только своего нынешнего, « сиюминутного » существования, но и существования в перспективе, осознание своего Пути, осознание того, каким конкретное « Я » хочет видеть своё будущее. И любое подчинение « Я » чему-то внешнему, любая идеалистическая жертвенность— синоним смерти, добровольного самоубийства, бесследного растворения. Монотеизм и монотеистическая мистика, в конечном итоге связанные со « служением Богу » и с « растворением в Боге »— такое же самоубийство, как коммунизм с его « умрём в борьбе за ЭТО!». Национализм и аристократизм, с их концепциями привилегированных сообществ, как и язычество с концепцией становления Богом, выглядят для « Я » лучше, но лишь до тех пор, пока « Я » не скатывается в тупой фанатизм, на котором греют карманы более прагматичные « единомышленники ». Вообще, в любом обществе, от масонской ложи до тоталитарной Империи, доминируют те, кто считает идеалы данного общества не более чем « сказкой для масс ». Другое дело, что они сами могут контролироваться кем-то высшим через собственные идеалы. Современное понятие « вертикаль власти » значительно адекватнее обозначается как « пирамида » или « зиккурат ».
187