63
Апокриф-124: февраль 2018( K5.3 e. n.)
Опять-таки, сказать, что буддизм нацелен на окончательное исчезновение, неверен: цель буддизма не в будущем, но здесь, в жизни, которой мы живём; его цель— жизнь, облагороженная самопознанием и возвышенная безграничной любовью и мудростью 1.
Другие слова подтверждают, что это действительно так:
Наши книги наполнены такими описаниями— такими словами: чудесными, внушающими трепет речами тех, кто уже в этом воплощении достиг Цели нашей Религии— восхитительной жизни полного Умиротворения, несравненной незыблемости Нирваны 2.
Однако и для Ананды Меттейи она не поддавалась описанию и человеческой мысли, особенно когда он смотрел за пределы этой жизни. В 1903 году он обратился с риторическим вопросом: « Как... непрестанно изменчивым умом, можем мы размышлять о том, что пребывает за пределами Жизни и Знаний, за пределами Смерти и Изменений,— о Неизменном, Незыблемом, Высшем,— о том, что не осознать никакой мысли, что не описать никакими словами?» 3 Он мог утверждать с эйфорическими нотками, что это противоположно всему, что мы знаем:
Если меня спросят: « Нирвана— это уничтожение? Это прекращение? Это конец всего?»— я отвечу только то, что мы знаем. Это Уничтожение— уничтожение троекратного фатального огня Страсти, Гнева и Неведения. Это Уничтожение— уничтожение обусловленного бытия, всего, что нас связывало и сковывало; прекращение ужасного заблуждения, скрывавшего от нас великолепие света за его пределами. Это конец всего— конец долгого извилистого паломничества через миры бесконечной иллюзии; конец скорби, непостоянства, самообмана. От мучений печального сна Жизни— к вечному Пробуждению,— от мучений эгоизма— к вечному Освобождению; к Бытию, Существованию, которое назвать Жизнью— святотатство, а назвать Смертью— ложь; оно неестественно, немыслимо, но реализовать его, войти в него можно даже в этой жизни 4.
Позднее, в 1917 году, тон его становится менее эйфоричным— по-видимому, закалённый войной, возрастом и болезнью:
Нирвана символизирует Окончательное, Запредельное, Цель Жизни— состояние, настолько отличающееся от этой обусловленной, вечно меняющейся сущности грёзы о Самости, которая нам известна, что лежит не только за рамками всяких имён и описаний; но и далеко за пределами самой Мысли 5.
1 « The Faith of the Future » in Buddhism, Vol. 1:1, с. 30.
2 « Nibbāna,» с. 126. 3 Там же, с. 127. 4 Там же, с. 133. 5 Wisdom of the Aryas, с. 124.
63