156
Религия
Когда мыслящее существо разбивает эти оковы( как маленькие стеблевые и корневые волокна пробивают прорастающее семя сквозь плотную тройную оболочку), вместе с ними он освобождает себя от вицикиччи( неуверенности или нерешительности в выборе, сомнений относительно того, правильно ли чьё-то представление о Дхарме) и от силабатапарамасы( веры в действенность обрядов и ритуалов, заклинаний и молитв для осуществления реальных изменений своей сущности). Так, достигнув первого из четырёх этапов, оно становится Сотапатти— тем, « кто вступил в Поток »— в поток океана Сансары, движущийся к дальнему берегу Нирваны.
Здесь подразумевается и другое использование слова Саммадиттхи— стоящее как бы на полпути между чисто рациональным восприятием четырёх благородных истин и широким смыслом этого термина, которым мы назвали « самым полным пониманием ». Ибо разрушение рабских оков самообмана означает гораздо больше, нежели всего лишь считать, что « нет никакой личности ». Это значит видеть, знать саму Истину и жить в соответствии с нею,— ибо только тот действительно живёт, кто знает.
Несмотря на то, что этот средний уровень Саммадиттхи находится в самом начале пути, он подразумевает существенный прогресс в понимании истины о существовании. В нашем Священном Писании сказано, что всякий, кто вступил в этот Поток и на этот средний уровень Саммадиттхи, проживает перед этим, в лучшем случае, не более семи воплощений; может быть и меньше, но это крайний предел возможного. Итак, мы видим, что, на самом деле, обретение правильного воззрения является весьма серьёзным достижением для тех ныне живущих, кто добился такого положения, которое может быть обретено только как результат плодов многих жизней серьёзного поиска Истины. Таким образом, у нас есть три состояния или значения слова Саммадиттхи. Во-первых, это обычное интеллектуальное понимание истины фундаментального учения Дхармы,— понимание, которого мы все, я надеюсь, уже давно достигли. На Цейлоне( где магадхи, мулабхаса, или священный язык буддизма, до сих пор используется эрудитами и монахами), если вы спросите образованного монаха, что это за религия— буддизм, он ответит, что это не буддагама— « буддийская религия », а Саммадиттхи,— используя этот термин в самом узком смысле или значении.
Говоря о нашей религии на английском, или называя себя буддистами, мы используем термин « буддизм ». Хоть это и удобно, но не совсем правильно. Имея правильное понимание основных знаний о мире, мы являемся( или должны являться) « Саммадиттхи ». Мы не вправе по-настоящему называть себя буддистами, кроме как в меру удобства, ради готового понимания наших религиозных принципов. Под этим термином( если проследить его исходное значение) подразумевается полное просветление, ибо корень его боддх— « быть пробудившимся, просвещённым, мудрым ». Даже если мы используем слово « буддист », подразумевая последователя религиозного учения Будды, оно по-прежнему несёт в себе определённое заблуждение, ибо, на самом деле, многое из того, что мир называет буддийским учением, было хорошо известно в Индии задолго до Будды. Таким образом, это слово применяется не в истинном смысле, как особое учение Будды.
156