22
Наука
убийства он переделал подвал своего дома в подобие часовни, задрапировав его зелёной тканью, и подвесил на проволоке над алтарём « зверские, зловещей формы фигуры » из папье-маше, а по центру— огромный глаз, который подсвечивался электрической лампочкой( не было ли это символом Великих Древних, чей постоянный надзор он сознавал?). Последующие два тома его работы к моменту гибели всё ещё находились в рукописной форме. Были ли в них ещё какие-нибудь откровения Великих Древних? Вполне вероятно: качество видения времени с практикой совершенствуется. И тут мне стало ясно, почему « они » допустили, чтобы « Древнейшая история » попала ко мне. Это служило предупреждением. У меня теперь была « семья ». А брат Литтлуэя уже покушался на одно убийство. Вмешательство было ясным. Предстояла война или мир; выбор зависел от меня. … Кларету я застал у окна; она отсутствующим взором смотрела на струи дождя. Вид у неё был явно удручённый. От неё я узнал, что Роджер всё ещё спит. Я поднялся к нему в комнату. Он был накрыт одной лишь простынёй, одеяло валялось на полу. Подушка отсырела от пота. У самого Роджера вид был ужасный: свалявшиеся волосы прилипли ко лбу, кожа изжелта-зелёная. Он лежал с открытым ртом, глаза запали. Я сел на подоконник и, обратившись взором в сад, вызвал в себе ощущение покоя. Это было сложно; « они » сопротивлялись, пытаясь меня отвлечь. Но через несколько секунд я этого добился. Мне моментально стало ясно, что « они » возвратились: комната вибрировала тем особым мрачным насилием, что я впервые ощутил на Стоунхендже. Я поступил в точности так, как накануне: вживился в ритм разрозненных образов Роджера и начал понемногу нагнетать давление в том же направлении. Ему, судя по всему, снился город, изнемогающий от ужаса перед двумя воплощениями зла: Товейо-Судьбоносцем и Яоцином-Врагом; оба они сбивали с пути странников и погребали их тела в болоте. Периодически полуразложившиеся трупы извлекались и оставлялись на городской площади... Этот сон, можно сказать, был вариацией легенд о Тескатлипоке, Повелителе Ночного Ветра. Я был определённо уверен, что Роджер очнётся прежде, чем я достигну какихнибудь результатов; основной моей надеждой было, что у него не будет ещё одного приступа эпилепсии. Поэтому давление я нагнетал крайне медленно и осторожно. Роджер начал бормотать во сне. Любому другому его лепет показался бы невнятным, но так как я уже находился « внутри » его сна, я мог понять, что он пытается выговорить. Он рассказывал о существе по прозванию Охотник За Головами, что появляется и бродит лишь при лунном свете. Роджер теперь подёргивался и истекал потом; я знал, что до пробуждения остались считанные минуты. Я подошёл к изголовью его кровати и прошептал:— Где мне найти « Некрономикон »?— неожиданно вспомнилось, что у Эванджелисты в « Древнейшей истории » он называется ещё и « Аль Азиф », поэтому я спросил:— Где находится « Аль Азиф »?
22