АПОКРИФ-102: 04.2016 (A5.2 e.n.)
зависимого от вселенной, нет никаких личных качеств. [Нельзя утверждать, что Спи-
ноза предпринимал «нападки» на Бога в манере Ницше. Рекомендуемое отношение
Спинозы к людям состояло в том, что он назвал «интеллектуальной любовью к Богу»
через обобщённую оценку природы.]
Восприятие «принуждённой» системы порядка или последовательности по всей
объективной вселенной вынудило некоторых философов взывать к необходимости
существования чего-то внешнего и превосходящего эту вселенную. Объективная
вселенная принципиально не может «отрегулировать» или «упорядочить» себя саму.
Следовательно, возникла другая философская школа — деизм, наиболее видным
сторонником которого являлся Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646-1716) из Лейпцига.
Деисты отличались от пантеистов тем, что постулировали превосходящего и незави-
симого Бога, который после создания объективной вселенной и её законов воздер-
живается от вмешательства в неё. Следовательно, такой Бог никогда не вмешивается
в человеческие дела или проблемы, сколь бы ими ни интересовался.
Церковь Сатаны заняла чрезвычайно деистическую позицию по отношению к
космологии: «Бог», возможно, и существует, но поскольку он не вмешивается в чело-
веческие дела, нет причин заслуживать его одобрение. Дверь к существованию «Бо-
га» — одновременно и дверь к существованию другой разумной сущности за преде-
лами объективной вселенной. Таким образом, теоретически, Дьявол тоже может
существовать. Но есть ли доказательства того, что это действительно так?
Философы Просвещения предполагали, что человечество совместимо с поряд-
ком объективной вселенной и, следовательно, включено в него. Поведение людей —
лишь один из предметов науки, который будет изучаться и совершенствоваться. [Не-
случайно именно в эпоху Просвещения зародились теории «общественного догово-
ра», основанные на гипотезе о «естественном порядке» человеческого общества.] Но
хотя концепции общественного договора за последующие столетия достигли неко-
торых успехов в вопросах власти и политики, они ни в коем случае не преуспели в по-
пытках объяснить отдельную творческую силу и силу воли. К концу XX столетия
большинство крупных экспериментов в области общественного договора (если во-
обще выжило) видоизменилось в своего рода технологический макиавеллизм, в ко-
тором отдельные движущие силы, лидерство и состояние определяют форму насто-
ящего и руководство для будущего.
Поэтому мы противостоим сценарию, в котором объективная вселенная всё
более выставляется как последовательная, взаимосвязанная машина, а человеческий
разум — как нечто бросившее вызов всем попыткам принизить его до её функции.
Человечество являет потенциал внешней интеллектуальной перспективы и предна-
меренного творения, резко контрастирующий со всем остальным, что известно об
объективной вселенной.
Взгляните на огромный пробел в степени разумности человека и любого друго-
го вида на планете. Достаточно зайти в центральную библиотеку, чтобы ощутить ве-
личину этой пропасти. Много написано об относительно высоком интеллекте шим-
панзе, дельфинов и т.д.; но даже самым разумным из них далеко до примитивнейших
особей человека разумного. Кроме того, как говорят физиологи, даже наиболее вы-
сокие уровни интеллекта и знания достигаются использованием всего 10-20% воз-
167