ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
в последнее время, при помощи всё той же науки, столь глубоко изменила все свои старые мысли и взгляды и заняла ведущие позиции в мире среди прочих наций.
*
Получив, таким образом, общее представление о природе, важности, значимости в современном мире учения о Трёх Характеристиках, перейдём к рассмотрению каждого из трёх тезисов более детально. Анитья, дуккха, анатма— изменчивость, подверженность страданиям, бессущностность. Из этих трёх слов и состоит это учение; и хотя каждое из этих понятий представляет свой собственный, в каком-то смысле, аспект истины о жизни, все они в действительности настолько связаны вместе, что зачастую, обсуждая одно из них, невозможно избежать касательства остальных.
Кроме того, каждое из них имеет особое отношение к трём гунам невежества( виджита-шан-гунам)— лобхе, или вожделению, досе, или отвращению, и мохе, или самообману. Каждая из них противостоит, в первую очередь, соответствующей характеристике— которая является не только её противоположностью в теории, но и противоядием от неё на практике, средством её преодоления в реальной жизни; ибо в нашей буддийской истине теория и практика идут рука об руку.
Эти три гуны невежества являются, так сказать, тремя основополагающими формами непонимания, характерными для обычного, непросветлённого ума. В таком уме авидья, неведение, проявляется, прежде всего, в ошибочном мнении, что жизнь( или какая-то её составляющая) является никкам— неизменной, стабильной и продолжающейся в вечности.
И, разумеется, здесь мы сразу подходим к неразрывной связи трёх гун и Трёх Характеристик: это личность, которую непросветлённый человек рассматривает главным образом как неизменное существо. Во вторую очередь, развивая это заблуждение( и тем самым по-настоящему погружаясь в область Трёх Характеристик и гун), мысль о неизменности привязывается к человеческой концепции Бога— несмотря на то, что эта идея, как и в случае с ограниченностью американских индейцевдикарей, задумана как простой материальный фетиш, « наркотик » для людей; или же, согласно продвинутым остроумным философам, грубая концепция Великой Личности расширилась до мыслей о бесконечном Боге, задумавшем и сотворившем всю мировую жизнь или являющемся её истоком.
Но, даже отрицая этот первичный объект, к которому обычный человек применяет атрибут неизменности в высшей, наиболее существенной степени, мы находим дальнейшие атрибуты постоянства у всех тех объектов, что развились, так или иначе, в соответствии с их кармой и представляют собой « блага » жизни. Человек, поглощённый мирскими заботами, благосостоянием и объектами вожделения— женой и детьми, положением и властью,— всем тем, чем можно обладать, что можно заполучить, в зависимости от степени первой из гун невежества,— считает этот аспект вещей неизменным и вечным. И если в своей подлинной жизни он абсолютно нищ, и в нём господствует лобха, он хватается за любую идею, связанную с будущим обла-
184