ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
Придя с этой проблемой за советом к одному сведущему тхере, он получил от-
вет в соответствии с учением Мастера, изложенным в Дхаммападе: «Многие 1 не по-
нимают, что должны умереть. У тех, кто это понимает, ненависть прекращается».
Иногда, в зависимости от характера и кармы каждого из нас, случается, что одна ко-
роткая фраза, произнесённая устами какого-нибудь духовного учителя, доносит, как
Будда, до наших умов новое и яркое ощущение реальности — словно наделённое
каким-то внутренним, жизненно важным смыслом, который неожиданно озаряет наш
ум, как светильник, зажжённый в тёмной комнате. Сперва, пока свет не был зажжён,
темнота помещения казалась нам почти осязаемой. Мы чувствовали, что со всех сто-
рон нас будто бы окружают стены; мы нерешительно двигались вперёд, пробираясь
на ощупь сквозь мрак, даже если комната прекрасно знакома нам при свете дня. Но
стоит зажечь в ней свет, принести зажжённый светильник — как наша нерешитель-
ность и скованность тут же тают, и мы ясно видим, как пролегает наш путь через
комнату; возвращается естественное чувство свободы передвижения.
Именно так происходит, когда мы переживаем подобный психологический
опыт. Каким-то странным образом слова, которые так удивительно обращаются к
нам, будто бы зажигают яркий свет в полной темноте комнаты нашего ума. Наш ра-
зум оказывается способен воспринимать новую, глубокую истину, сокрытую за ними.
В свете этого внутреннего озарения наш жизненный путь, до сих пор окутанный мра-
ком, в одно мгновение становится ясным и озарённым; и из этой внутренней тьмы,
всё ещё споря с нею, мы переходим в новое состояние ума — в состояние ясного ви-
дения, проницательного и правильного понимания того, как нам лучше будет посту-
пить.
Так было и с этим молодым человеком, когда учитель произнёс то изречение
Будды. Он был мирянином — и внезапно оставил мир позади себя; и, вступив в Ор-
ден, проводил дни (насколько возможно) в этом месте для сожжений или рядом с
ним, и потому, посредством взращивания этих фатальных умственных элементов,
связанных с осознанием смерти, он, возможно, наконец, в глубоком буддийском
смысле этих слов, пришёл к пониманию: «все мы должны умереть». Этот урок столь
прост, и потому его так сложно выучить; ибо чем проще вещь, тем сложнее на самом
деле понять её; а кроме того, в случае этого конкретного урока, элементы невеже-
ства, непонимания в наших умах восстают против малейшей подобной мысли.
Так трудно осознавать, что наши умы — огромная масса наших умственных
элементов — не хотят учиться; и поэтому большинство людей не понимает этого
простого факта: «все мы должны умереть». Но, капля за каплей, мало-помалу, сосуд
наполняется до предела: это великая тайна всякого духовного мастерства — факт,
который позволяет возрастать самоотречению; и, более того, факт признанный и,
наконец, восхитительный. Таким образом, этот молодой монах понемногу усвоил
урок; он ежедневно врастал в свой ум всё глубже и глубже, приобретая внушитель-
ную определённость; сияя в своём сердце сердец с каждым днём всё ярче и ярче,
выявляя сокрытую во тьме истину. В его новой монашеской жизни, как правило, от-
сутствов ало многообразие поводов для гнева, которые предоставляет жизнь, хоть
1
В оригинале паре, «иные»; то есть неразумные, непросвещённые толпы, в противоположность вдум-
чивому, просветлённому меньшинству тех, кто понимает.
180