Антонович Володимир. Твори. Том 1 Tvory_Tom_1 | Seite 288

речи, написанные на 'невозможной, иногда совсем непонят­ ной жаргоне, в котором фонетически и грамматические черты цескольких славянских языков механически пере­ метаны и речь теряет не только характер живого организма, но и всякий смысл. Мы для наслаждения филологов сла- вист.ов приведем несколько образчиков этой замечательной тарабарщины, которую г. Сенькевич выдает своим читате- лям за живую речь украинцев ХУІІ столетия. Вот например отрывок из речи полковника Максима Кривоноса, в которой он излагает военному совету свою готовность к походу: „раз маты родыла! Война мнѣ маць и сьостра. Висьньовецки режет — и я буду; он вишает и я буду... Так и пуйден(о) замків будувати (sic) быты, ризаты, вишаты! На погибель им, бялоручким!" (II, 164). А вот образчик мнимой элоквенцииХмельницкого: „Згре- шы князь — урезаць му шыйен(^); згрешы козак — урезаць му шыйен. Кгрозицѣ мі шведами, але и они ми не задер- жо(а)“. (И, 251), или в другом месте он так сообщает о су- дьбе Богуна: „Мени королѣ пысав, же он в пойедынку усечон" (II, 260) и т. д. Таких и тому подобных тирад можно-бы процитировать весьма много, но ограничимся выше приведенными. Ни один славист не будет никогда в состояніи определить, на каком языке сказаны эти слова; многие поляки подо- зревают вероятно, что это по малорусски; люди, знающие речь южно-русскую, полагают, что отрывки эти написаны на архаической польском языке. Русские журналы, пере- водяпіие повести г. Сенькевича, вероятно воспроизведут эти перлы красноречйя, гадая на двое, что если они напи­ саны не по польски, то вероятно' по малорусски. Между тем это только общеславянская тарабарщина, придуманная г. Сенькевичем в качестве couleur locale, при чем он не потрудился справиться ни с фонетикою, ни с грамматикою, ни с лексикографиею, и, положившись слишком на свои силы, возмечтал, что талантливый писатель может исклю­ чительно силою своей творческой фантазии не только вос- создать эффектные исторические картины, но также и пра­ вильно воспроизвести незнакомый ему язык. 192