граничной и дикой, как самая степь... конечно он предпочитая буянить и резать панов вместе с Хмельницким, нежели сгибать гордую спину под ударами подстаросты "( III, 237). Этот дикий инстинкт украинцев, заставлявший их не любить нагайки подстаросты, был настолько свойственный их дикой природе, что все народонаселение увлекалось им; „ все ушли к Хмельницкому, даже женщины; остались в селах одни старухи и дети "( IV, 14); в начале восстания вообще хлопы, из страха перед Вишневецким, 4 колебались, но более вредные личности „ гультяи и резуны " дали почин и увлекли остальныя. Поднявшись, хлопы стали жечь все города и села, хлеб, леса, и сады, стали грабить и убивать всех, сами-же кормились древесною корою и т. п.( I, 242; II, 166, 172, 266; III, 201, 238). Картины эти, к которым г. Сенькевич возвращается беспрестанно в своей повести, совершенно не понятны: все крестьяне восстали и ушли к Хмельницкому, села запустели: не знаєм, кого-же воставшие убивали и грабили, не понимаемъ, зачѣмъ они жгли села и города, то есть свои собственные жилища, почему они истребляли хлеб, для того, чтобы питаться древесною корою. Словом, что ни елово, то необ’ яснимая загадка, можетъ быть нужная автору для эффектных картин, но вполне затемняющая их смысл. Так, например, со слов г. Сенькевича не возможно понять, кто и зачем сжег Корсунь в то время, когда происходила в окреотностях этого города известная битва Хмельницкого с поляками; по его мнению не все хлопы ушли в битву, часть их осталась
Въ Италіи, по почину Флоренціи и другихъ городскихъ республикъ, отиена крепостного права началась еще съ XII столетия и вскоре охватила всю Италію( стр. 188— 191).
В Швеции рабство было отменено декретом короля Магнуса Эрих-
• еона в 1835 году; в Норвегии всякне еледы крепостного права исчезли в XIII и XIV етолетиях( стр. 502, 539) и т. д.
Подобных фактов можно-бы набрать десятки из истории крепостного права в Европе; возможно-ли после этого говорить, что гнет, тяготевший над „ потомками Хама“ в Польше XVII столетия был результатом духа времени, господствовавшаго во всей Европе и что отвращение народонаселення к крепостному праву, введенному в южной Руси польскими порядками после люблинской унии( 1569), было лишь результатом его дикости и отеутетвия европейской культуры?
172