ким отворотом голенищ и в руках длинный, протянувшийся по всему полу, а хвост свой оставивший за косяком двери шестиколенный кнут, который в этих краях называется бич. У Зины есть еще серый пуховый платок и такого же цвета ватник, но сейчас эти две вещи отсутствуют. Участвующие в вечеринке увидели Зину в данном облике и в данном возрасте девять лет назад и никаких изменений в ней за этот период не произошло. По должности она учетчик колхоза, член партии и, кроме того, говорят, занимает еще какие-то посты, которые позволяют ей говорить правду самому председателю колхоза, а когда хочет, кричать на него и матом. Побаиваются Зины не только в этом селе, но и в соседних. Чеченцы, считающие себя просто бесстрашными, побаиваются ее не меньше других и уверены, что тело Зины не взяли бы ни пуля, ни огонь, ни вода. Ссора с женщиной у них позор. А Зина имеет право любого оскорбить, ударить, послать, публично охарактеризовать мужские достоинства никуда не годными и еще массу прав, которые признаны за нею как естественные. Зина вовсе не какая-нибудь дородная баба, а сложена так, что ничего добавить к ее телу или убавить от него нельзя. В ее теле, как говорят чеченцы, есть кость и порода. Поскольку кость эта очень крепкая, все считают Зину бронированной. Ее властный, волевой рот плотно сжат, и все с опаской ждут, чем он разверзнется. Живет Зина одна и в самом большом доме села, из соснового сруба. Говорят, что по утрам выпивает двести граммов спирта, и только она может выдерживать силу самого крепкого напитка... В селе тихо говорят, что, когда Зина была еще девушкой, задолго до переселения сюда чеченцев, далеко за селом, у самого мыса соснового бора, где сейчас колхозный хутор Черкитас, стала лагерем воинская часть, чтобы научить солдат воевать. И служил в этой части молодой, стройный и очень красивый командир. Однажды он пришел в сельский клуб. Зина и командир влюбились друг в друга сразу. Он стал приезжать и увозить Зину на ночь, а утром привозить домой. Также рассказывают, что, хотя Зина нисколько и не сопротивлялась, командир три ночи бился с ее девственностью, так неприступна была эта крепость...
Однажды, когда в очередной раз за ней не приехала машина, Зина взяла утром тайком лошадь колхозного бригадира Семена и поскакала в Черкитас. Место, где стояли солдатские палатки, опустело. Солдаты научились воевать, снялись ночью и отбыли в
15