название советский рубрики разведчик
ЗАГАДКА
ПРОВАЛА
ЗОРГЕ
СТРАННАЯ ИСТОРИЯ ПРО ТЁТУШКУ КИТАБАЯСИ
18
октября 1941 года в Токио японские контрразведчики арестовали руководителя нелегальной резидентуры советской военной разведки Рихарда Зорге и его радиста Макса Клаузена. По одной из версий, японцы сумели выйти на сеть Зорге изза чрезвычайно высокой активности в эфире рации Клаузена – порой он вёл передачи буквально часами. Но до его ареста они так и не сумели расшифровать ни единой радиограммы, да и засечь его передатчик они тоже не смогли, поскольку мобильных пеленгаторов у них тогда ещё не было.
По обнародованной уже после войны версии японской контрразведки, на советскую сеть их якобы вывела некая 57-летняя портниха, тётушка Китабаяси Тома. Эта женщина вообще никакого отношения к группе Зорге не имела, но уверяли, что она и стала той ниточкой, потянув за которую, контрразведка вышла на советскую агентурную сеть. Её имя – как симпатизирующей коммунистам – якобы назвал на допросе некий деятель японской компартии, арестованный летом 1940 года. Разумеется, пресловутую тётушку Китабаяси взяли в оборот, и она назвала имя Мияги Ётоку, входившего в сеть Зорге. А уже Мияги, мол, Зорге и сдал. Но это полный бред: как выяснили японские историки, члены группы Зорге попали под плотное наблюдение контрразведки задолго до того, как в её жёстких объятиях тётушка оказалась пресловутая Китабаяси. Понятно, что ни одна контрразведка не будет раскрывать свои методы выявления агентуры противника, но, поскольку представить хоть какое-то объяснение нужно, была запущена дымовая завеса с этой тётушкой.
Ближе к реалиям предположение, высказанное исследователем Андреем Фесюном: он не исключает, что роковую роль сыграло решение Центра напрямую связать Зорге и его радиста с сотрудниками ГРУ, работавшими под прикрытием в советском представительстве в Токио. И это при японской тотальной шпиономании, когда слежка велась буквально за всеми немногочисленными в Японии иностранцами, за каждым « белым человеком », а уж за советскими « дипломатами » и подавно!
Тем не менее в 1940 году Макс Клаузен несколько раз встречался с Сергеем Будкевичем( работал в Токио под « крышей » сотрудника советского консульства, впоследствии подполковник) и получал от него деньги. Затем он стал получать деньги на встречах с Виктором Зайцевым, вторым секретарём советской дипломатической миссии в Японии( впоследствии полковник). С тем же Зайцевым с января 1941 года и вплоть до своего ареста встречался и сам Зорге – аж 14 раз! Причём все эти рандеву происходили вовсе не в конспиративной обстановке: сначала в театрах, а затем Зайцев и вовсе стал открыто приходить в офис Клаузена и даже к нему домой. Это даже не грубейшее нарушение, а полное попрание всех элементарных норм и правил конспирации.
« С этого момента, – полагает Фесюн, – группа Зорге была обречена ». С этим утверждением не поспоришь. Именно фигура Зайцева и дала японцам ответ на самый щекотливый вопрос: в чью именно пользу вела шпионаж группа Зорге. Тем паче спутать советских « дипломатов » в сапогах с кем-либо ещё было просто невозможно. Когда уже после войны в Москве об обстоятельствах провала допрашивали Анну Клаузен, жену радиста Макса Клаузена, та едва ли не прямо обвинила в этом советских связников и курьеров. На вопрос, откуда она знала, что к ним приходили именно русские связные, Анна ответила: « Это было вовсе не сложно, учитывая плохо уложенные волосы, мешковатые брюки с пузырями на коленях и весьма своеобразный английский язык ».
Трудно предположить, что в Центре или токийской резидентуре сидели клинические идиоты, хотя, быть может, как раз это и было наглядным следствием того кадрового разгрома, который учинил Сталин в военной разведке? Расстрелянных профессионалов сменили полные дилетанты, которые и навели профессионалов – уже японской контрразведки – на след Зорге? Может, даже и с умыслом, поскольку уже несколько лет Зорге откровенно не доверяли, считая его политически сомнительным, подозрительным, а затем и вовсе дезинформатором и двойным агентом, работающим под контролем противника. А раз он « двойник » и работает под контролем, то, как гласил один из документов ГРУ, его резидентура « рано или поздно бесспорно обречена на провал ». Потому её « надо использовать по мере возможности, но нет смысла тратить усилия на её укрепление или развитие ». Так и было сделано.
Вот, к примеру, как Центр оценивал деятельность Зорге в середине февраля 1941 года: « Дорогой Рамзай. Внимательно изучив Ваши материалы за 1940 год, считаю, что они не отвечают поставленным Вам задачам. Большая часть Ваших материалов несекретны и несвоевременны. Наиболее ценные сведения достаёте лично Вы, а Ваши источники ценных материалов не дают ». Иезуитская позиция! Ведь если Зорге – « двойник », то и ценность даже его материалов в глазах Центра была ничтожна. Тем не менее Зорге тогда предписали « активизировать Вашу работу », не забыв уведомить о решении резко « сократить расходы по Вашей конторе ». Вплоть до ареста Зорге в Центре так и продолжали считать его « двойником », а в таком случае какая может быть забота о его безопасности – это же балласт, который при случае можно и сдать, попутно проверив по реакции противника и весомость ранее поставленной информации. При этом ничего особо сложного и делать не надо, достаточно лишь послать к Рамзаю и его радисту неловкого человека в мешковатых штанах с пузырями на коленях, остальное японцы сделают сами. Предположение, что Зорге сдали, косвенно подтверждает и неподдельное спокойствие руководства советской военной разведки: в Японии выкорчевана вся их агентурная сеть, лучшая и единственная, а в ответ тишина – ни попыток локализовать провал, ни разборок, ни оргвыводов.
ХОФФМАН НА РАСПУТЬЕ
Голливудский актер Дастин Хоффман о своем еврействе говорил сдержанно, однажды даже чуть не став лицом антиизраильской кампании. И вдруг узнал историю семьи: деда расстреляли чекисты, бабка отсидела пять лет в советских лагерях. Хоффман плакал и гордился, что еврей. Вот только новая семейная легенда выдумана от начала до конца.
« Человек дождя » и двукратный лауреат премии « Оскар » Дастин Хоффман, недавно получивший очередную награду – « Эмми », никогда не скрывал, что вырос в еврейской семье, однако всегда подчеркивал, что не получил еврейского воспитания. Его мать происходила из ортодоксальной еврейской семьи, но на свою семью традиции распространять не стала. Отец и вовсе больше относил себя к атеистической среде. В этом духе старался воспитывать и сыновей. « Ни у моего брата, ни у меня не было, конечно, бар-мицвы, хотя, к счастью, мы оба обрезаны », – рассказывал Хоффманв интервью.
Свое собственное отношение к еврейству Хоффман тоже долгое время описывал сдержанно. Говорил, что чуть понимает идиш, знает, каково это слышать в спину выкрики « грязный еврей », любит борщ и, без сомнения, обладает этим удивительным еврейским юмором. « Но если бы меня спросили о моей религии, я
62
1( 161) январь 2017 бы сделал вид, что не понял вопрос, а потом бы сказал расплывчато, что я американец », – честно заявлял он. Однако позже, женившись во второй раз на соблюдающей еврейке Лайзе Готтсеген, признавался, что благодаря жене вернулся к соблюдению еврейских традиций: « Благодаря моей жене у наших сыновей была бар-мицва, а у дочерей – бат-мицва, мы отмечаем еврейские праздники ». Тем не менее в Израиле Хоффман два раза оказывался в центре эмоциональных скандалов. В первый раз, в 2010 году, израильтяне обиделись, что Хоффман отказался от участия в Иерусалимском кинофестивале. Во второй раз, в 2013 году, все было гораздо серьезнее – Хоффман согласился стать специальным гостем ежегодной церемонии вручения наград тем, кто продвигает антиизраильские настроения через СМИ, кино, книги, выставки. Инициатором церемонии является пропалестинская организация – Мусульманский совет по связям с общественностью( МРАС). И Хоффман должен был вручить традиционную награду « Лучший фильм года » – тому, кто нагляднее всех показал « жестокость израильской политики » по отношению к « угнетенному палестинскому населению ». Президент ZOA( Сионистская организация Америки) Мортон Клейн неистовствовал: назвал решение Хоффмана « шокирующим и ужасным », пенял знаменитостям, не чурающимся связей с подобными организациями. « Трудно бороться с экстремистскими организациями, угрожающими США, когда знаменитости участвуют в их легализации. Дастин Хоффман должен признать свою ошибку и отказаться от участия в мероприятии », – говорил он журналистам, призывая « никогда больше не смотреть фильмов с участием этого актера ». То ли эта угроза бойкота со стороны еврейского зрителя ⇒на стр. 67 сработала, то ли Хоффмансам осознал свою ошибку, но
www. russiantown. com