Январь 2005 | Página 57

недавняя история

– Да, это была, бесспорно, яркая личность. Образованный, с широким кругозором, принципиальный, он обладал даром высказывать глубокие соображения по важнейшим вопросам, отстаивать свою точку зрения.

Примечательно в его деятельности и то, что после ухода наших войск Афганистан продержался еще три года. И продержался бы еще, если бы не предательская позиция тогдашнего руководства России, которое прекратило оказание всякой помощи Афганистану, хотя по женевским соглашениям мы имели право помогать афганцам, в том числе и боеприпасами.

Что касается вашего вопроса, то ни о каких попытках спасения афганского президента я не слышал, хотя интересовался, спрашивал. Мне отвечали: да, проблема есть, но как ее решить, никто не знает.

– После захвата Кабула моджахедами весной 1992 года вплоть до прихода талибов он содержался как бы под домашним арестом в одной из ооновских резиденций. Известно, чем он занимался все эти годы?

– Я слышал о том, будто он что-то писал. Не знаю что. Но допускаю, что он мог пойти на такие откровения, на которые бы не пошел в другой обстановке. Однако раз американцы, к которым почти наверняка попали эти записи, не публикуют их, значит, они считают, что еще не наступил подходящий момент. Наверное, через какое-то время могут появиться его мемуары, которые могут нас и шокировать. – Чем они могут нас шокировать? – Вполне возможно, что он пошел на какие-то резкости, ведь это писалось в необычной обстановке, он боролся за свою жизнь. Хотя, может быть, он и не писал ничего. Я не располагаю такими данными. Знает ли наша разведка? Мне об этом спрашивать неудобно, я сейчас не у дел.

– Вопрос еще об одном афганском лидере – Бабраке Кармале. Вы ведь лично вывозили его из Кабула, освобождая трон для Наджибуллы?

– Умнейшая личность. Но поздновато он ушел, надо было на год-полтора раньше.

– Это вы так считаете. А сам Кармаль до конца своих дней был убежден в том, что народ его ждет, что он лидер, вождь, что « советские друзья » сместили его несправедливо.

– Проблема самооценки первых лиц была и остается. Они не отдают себе отчет в том, когда их время заканчивается. В Афганистане никто из вождей добровольно не покидал свое кресло.

– В одной из книг, вышедшей на Западе, я прочитал, что Кармаль был нашим агентом еще с 60-х годов, там даже приводится его оперативный псевдоним.

– Он не был агентом в прямом смысле этого слова, он просто поддерживал контакты с некоторыми советскими организациями, имевшими свои представительства в Кабуле. В том числе и мы поддерживали с ним определенные отношения.

А был ли путч?

www. russiantown. com

– Можно ли задать вам несколько вопросов по августу 1991-го года? – Пожалуйста. – Скажите, как сейчас, с расстояния в 13 лет, вы думаете: был ли у вас, гэкачепистов, реальный шанс на успех? И если да, то в чем он заключался?

– Конечно, был. Бесспорно. Во-первых, этот шанс заключался в том, что надо было действовать более решительно еще до 19 августа. Возьмите вы июнь 91-го года, заседание сессии Верховного Совета СССР. Там выступили Павлов, Язов, Пуго и Крючков. Ну самое реальное сообщение было, наверное, мое, потому что Комитет знал обстановку лучше других …

– Это тогда вы говорили об одном из членов политбюро, назвав его шпионом?

– Я фамилий не называл, но действительно говорил об агентах влияния. С нашей стороны было большой ошибкой согласиться с тем, что заседание сделали закрытым. Только в декабре 91-го года мое выступление было обнародовано. А представляете, если бы оно прозвучало на всю страну еще в июне! Как обращение к общественности, ко всем здоровым силам. Но этого сделано не было. Вторая ошибка: следовало смелее обращаться к народу, вести пропагандистскую работу.

– Обращаться к народу? Но не есть ли это химера? Надежды на сознательность народных масс?

– Налицо была прямая опасность для Отечества, угроза того, что Отечество наше прекратит свое существование. При этом народ можно было поднять. И потом та сторона вела активную пропаганду, у той стороны были СМИ, а у нас их, по существу, уже не оставалось.

И еще одно важное обстоятельство следует принять во внимание для того, чтобы правильно оценивать ситуацию: во главе государства стоял предатель. Предатель!

– Но извините, Владимир Александрович, я вас перебью. Разве не вы из тюрьмы писали Горбачеву покаянные письма?

– Это не покаянные письма. Я по этому поводу уже объяснялся. Это было сделано по сугубо оперативным

Þðèäè ÷ åñêàÿ ôèðìà ��������������������

ÌÛ ÂÀÌ ÏÎÌÎÆÅÌ ÏÐÀÊÒÈ × ÅÑÊÈ ÂÑÅ ÂÈÄÛ ÞÐÈÄÈ × ÅÑÊÈÕ ÓÑËÓÃ ËÈÖÅÍÇÈÐÎÂÀÍÛ Â ØÅÑÒÈ ØÒÀÒÀÕ

• Èììèãðàöèîííûå âîïðîñû.

• Òðàâìû( â òîì ÷ èñëå ïîëó ÷ åííûå â ðåçóëüòàòå ìåäèöèíñêîé õàëàòíîñòè è íà ðàáîòå).

• Äèñêðèìèíàöèÿ ïðè ïðèåìå íà ðàáîòó. Ñåêñóàëüíûå äîìîãàòåëüñòâà.

• Ñåìåéíîå ïðàâî. Ðàçâîäû è îïåêè.

• Ñäåëêè. Ãðàæäàíñêèå ñóäåáíûå ïðîöåññû.

• Áàíêðîòñòâà( ãëàâà 7).

• Äîðîæíî-òðàíñïîðòíûå ïðîèñøåñòâèÿ.

• Çàùèòà ïî óãîëîâíûì äåëàì.

Наш адрес: 6171 Crooked Creek Road Norcross, GA 30092 ÃÎÂÎÐÈÌ Телефон( 770) 729-1779 ÏÎ-ÐÓÑÑÊÈ Факс( 770) 729-1774 www. lawyers. com / norcrosslaw

Наш сотрудник – сертифицированный помощник адвоката Дина Хисматулина – говорит по-русски и поможет вам в общении с адвокатом.

соображениям. Я пытался таким образом найти выход на Горбачева. Пытался ему сказать, что скоро и ему конец придет, если он не изменит своего отношения к событиям. Но, к сожалению, у меня связи с Горбачевым не получилось. – Вы планировали изолировать Ельцина? – Мы не хотели устраивать путч. Выступили исключительно в рамках Конституции. И второе: мы страшно боялись пролить кровь. За два дня до выступления, когда мы в последний раз собрались в Кремле, то сказали: если только появится опасность кровопролития, мы сходим с дороги, как бы далеко уже ни зашли. – Но была же идея штурмовать Белый дом? – Может, где-то она и была, витала в воздухе, но никто вслух ее не озвучивал. Я 20 августа подъезжал на подступы к Белому дому, выходил из машины, разговаривал с людьми, убеждал их в том, что никто не собирается на них нападать. – Что-то я вас там не видел. – Ну это было не у самого Белого дома, а на Кутузовском проспекте. Конечно, наши спецподразделения на всякий случай были в полной боевой готовности, однако казарм они не покидали.

– И когда в тоннеле бронемашины случайно задавили трех мальчишек, то есть пролилась кровь, вы сошли с дороги?

– Конечно. Потому что мы поняли, что российское руководство готово пойти на любые акции, что Ельцин как раз не остановится ни перед какой кровью.

Вы знаете, пройдет время, и возобладает такая точка зрения: мы верно выступили и мы вовремя остановились, потому что опасались последствий, которые невозможно было тогда просчитать.

– Что касается ваших тогдашних соратников, то все ли они действовали в те дни безупречно? Или к кому-то вы можете сейчас предъявить счет?

– Заболел Павлов, старший из нас по должности, он был премьером. Врачи говорили, что 19 августа у него давление поднялось – верхнее до 180, а нижнее до 140. На следующий день он появился минут на десять и снова исчез. Этот фактор многое осложнил. А если бы во главе встали Язов, Пуго или Крючков, то это уже был бы путч. При этом я не скрываю, что принимал во всем самое деятельное участие.

Одно очевидно: мы продлили жизнь Советскому Союзу до декабря 1991 года. Ведь 20 августа планировалось подписание проекта нового союзного договора представителями шести республик. И после этого у нас Союза бы уже не стало.

– Был ли тогда хоть один реальный шанс сохранить Союз, пустить процесс преобразований по другому руслу? Скажем, пойти по « китайскому пути »?

– Окажись вместо Горбачева другой человек, вопрос был бы решен иначе.

– Что же, один человек сыграл такую злодейскую роль?

– Вот скоро выйдет моя книга под названием « Личность и власть ». Я пытался там разобраться в этом. Скажем, там есть такой тезис. Мы часто говорим о защите прав человека. Отдельного человека или группы людей. Ну а как обстоит дело с защитой интересов общества от отдельного человека? Тем более если этот человек обладает огромной, почти неограниченной властью.

� № 1( 18) январь 2005 г.

57