117
газеты. Некоторые дома ближе к нейтральной
зоне с виду брошенные, но на балконах висит
бельё, во дворах автомобили. Создаётся ощу-
щение временности окружающего. Вроде как
декларируют, что Турецкая Республика Север-
ного Кипра здесь всерьёз и надолго, да только
сами в это не верят.
НЕМНОГО ИСТОРИИ
В 50-е годы, когда островитяне громко за-
явили о нежелании оставаться британской
колонией и четыре года воевали за независи-
мость, колонизаторы собрали конференцию
заинтересованных сторон: Англию, Грецию
и Турцию. Киприотов не позвали. Написали
конституцию, оговорили свои права. Первый
президент Кипра Макариос III, до президент-
ства Архиепископ автокефальной кипрской
православной церкви, провозгласил нейтраль-
ную внешнюю политику страны. Киприоты
относятся к памяти первого президента с боль-
шим почтением.
В начале существования республики вла-
сти США неоднократно обращались с прось-
бами о размещении здесь военных баз. Греция,
Турция и Великобритания тоже постоянно
вмешивались в дела молодого государства. С
1963 года начались столкновения между грече-
ской и турецкой общинами. А в 1974-м грече-
ская хунта «чёрных полковников» организова-
ла переворот. Турция в ответ ввела войска для
защиты турецкого населения и в результате
военных действий оккупировала 37 процентов
территории острова, в том числе курорт Фа-
магуста, да ещё и с морским портом. Итог – 9
тысяч раненых и убитых, 3 тысячи пропавших
без вести.
Так вот в тех домах, которые показались
заброшенными, жили греки-киприоты. Когда
началось разведение враждующих сторон си-
лами войск ООН, законным владельцам было
предложено собрать минимум вещей и, оста-
вив ненадолго жильё, перейти в южную часть
Кипра. «Ненадолго» длится уже 43 года. В дома
заселились малоимущие граждане Турции, за-
везённые с материка.
ОТЕЛЛО НЕ БЫЛ МАВРОМ
Автобус останавливается, на газоне перед
собой видим постамент с бюстом Уильяма
Шекспира. При чём здесь Шекспир? Оказы-
вается, мы гуляем по замку Отелло. Экскур-
совод озвучивает версию появления на свет
бессмертной трагедии Шекспира. За досто-
верность не ручаемся. Мол, житель Венеции,
желая международного признания, а скорее
всего, денег, принёс текст Шекспиру, чтобы тот
перевёл на английский. Он трагедию перевёл,