‘ 8( 100) ноябрь 2016 г.
ПРАКТИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА 61 исхода при применении ОЗМ и УМФ по сравнению с группой сравнения( ЧИЛ: 23,0 %; 32,0 % соответственно; ЧИК: 75,0 %, разность достоверна). При применении РМА достоверной разности с группой сравнения не получено( ЧИЛ: 76,0 %; ЧИК: 75,0 %, разность недостоверна).
Показатель ОР при применении ОЗМ и УМФ был значимо ниже единицы( 0,31 при ДИ: 0,13-0,72 и 0,42 при ДИ: 0,21-0,92 соответственно), что свидетельствовало о низкой вероятности развития неблагоприятного исхода при использовании этих препаратов. Причем степень вероятности ниже при лечении ОЗМ( р≤0,05). В группе пациентов, получавших РМА, ОР составил 0,92( ДИ: 0,61-1,48), что соответствует высокой вероятности длительного сохранения фебрильной лихорадки, так как показатель приближается к значению « единица ».
Число больных, которых необходимо лечить, для того, чтобы предотвратить развитие одного неблагоприятного исхода в группах I и II одинаково( ЧБНЛ: 2( ДИ: 1-12) и 2( ДИ: 1-9) соответственно), что означает, что благоприятный исход наблюдается у каждого второго больного и свидетельствует о высокой эффективности данных препаратов. При использовании РМА ЧБНЛ = 100( ДИ: 33-192), то есть, только у каждого сотого пациента может быть гарантирован благоприятный исход.
Значения показателя ОШ значительно ниже единицы при применении ОЗМ и УМФ( 0,1 при ДИ: 0,02- 0,54 и 0,15 при ДИ: 0,03-0,84 соответственно) дают возможность предполагать, что эти препараты значительно эффективнее, чем стандартное лечение без противовирусных препаратов. У детей, лечившихся РМА ОШ = 0,72( ДИ: 0,13-4,0), приближается к единице, что говорит об увеличении вероятности неблагоприятного исхода и сравнимой эффективности с группой, не лечившейся противовирусными препаратами.
Анализ ключевых показателей вмешательства по исходу ФЛ с высокой степенью достоверности( χ ²= 19,86; р = 0,0005 и χ ²= 11,43; р = 0,0015) показал эффективность ОЗМ и УМФ для купирования лихорадочного синдрома при гриппе у детей и отсутствие эффективности при применении РМА по сравнению со стандартным лечением без противовирусных препаратов( χ ²= 0,11; р = 0,96).
Обращают на себя внимание большие границы ДИ показателей вмешательства между группами III и IV, что, по всей видимости, обуславливает отсутствие клинической и статистической значимости.
Сравнение эффективности ОЗМ и УМФ между собой показало отсутствие значимых различий по ключевым показателям вмешательства( χ ²= 0,43; р = 0,51)( табл. 3).
Нормализация температуры в течение 3-х суток чаще наблюдалась при лечении ОЗМ( 77,0 %), при использовании УМФ( 68,0 %). Но, несмотря на разницу в абсолютных цифрах исхода, ОР составил 0,72( ДИ: 0,31-1,6). Показатель близкий к 1,0, свидетельствовал о том, что вероятность наступления неблагоприятного исхода можно оценивать как равную в обеих группах. Подобный вывод можно сделать, анализируя ОШ и ЧБНЛ. То есть эффективность этих препаратов в купировании лихорадки можно оценить как равную.
Анализ исхода « Наличие интоксикации »
Распределение положительных и отрицательных результатов лечения представлено в таблице 1. Как видно из приведенных в таблице результатов исследования больных, лечившихся рассматриваемыми препаратами по сравнению с детьми, не получавшими противовирусной терапии, неблагоприятный исход( сохранение интоксикации свыше 5-ти суток) реже наблюдался при применении ОЗМ и УМФ( ЧИЛ: 36,4 %; 42,1 % соответственно; ЧИК: 68,8 %, разность достоверна). ЧИЛ препаратом РМА не отличалась от группы сравнения и составила 68,0 %
САР составило 32 % при применении ОЗМ и 28 % при применении УМФ. Это означает, что число больных, которых надо пролечить изучаемыми лекарственными средствами для предотвращения 1-го неблагоприятного исхода равно для ОЗМ ― 3-м( ДИ: 1-12), а для УМФ ― 4-м( ДИ: 1-8). Другими словами у каждого 4-го больного леченного ОЗМ и у каждого 5-го, леченного УМФ будет отмечаться положительный эффект терапии по сравнению с детьми, не леченными противовирусными препаратами. То есть рассматриваемые препараты в отношении исхода ОИС эффективны против группы сравнения, чего нельзя сказать о РМА. САР в данной группе составило менее 1-го процента, а ЧБНЛ ― 100, то есть только у каждого 101-го пациента будет положительный эффект по данному исходу против группы сравнения. Эффект в III группе практически сравним с отсутствием терапии.
Показатель ОР при применении ОЗМ и УМФ был 0,53 при ДИ: 0,34-0,87 и 0,61 при ДИ: 0,39-0,99 соответственно, что говорило о более высокой вероятности затяжного ОИС, чем в отношении исхода ФЛ. Однако степень вероятности неблагоприятного исхода остается на низком уровне, так как показатель ОР≤1. В группе пациентов, получавших РМА, ОР составил 0,99( ДИ: 0,73-1,41), что соответствует высокой вероятности сохранения интоксикационного синдрома более 5-ти дней и отсутствии достоверной разницы с группой сравнения( р = 1,0).
ОШ у детей, применявших ОЗМ и УМФ( 0,26 при ДИ: 0,09-0,76 и 0,33 при ДИ: 0,11-0,99 соответственно), дают возможность предполагать с высокой степенью достоверности( р = 0,01 и р = 0,047), что риск развития неблагоприятного исхода ниже в 4 раза при лечении ОЗМ и в 3 раза при лечении УМФ. У детей, лечившихся РМА, ОШ = 0,72( ДИ: 0,13-4,0), приближается к единице, что говорит об увеличении вероятности неблагоприятного исхода и отсутствии значимых различий с группой, не лечившейся противовирусными препаратами.
Таблица 3. Ключевые показатели оценки эффективности вмешательства в группе пациентов, получавших ОЗМ( I) по сравнению с группой пациентов получавших УМФ( II) по исходу ФЛ
Группы сравнения
ЧИЛ(%)
ЧИК(%)
Группы I и II 23,0 32,0
ОР( ДИ 95 %)
ЧБНЛ( ДИ 95 %)
Исход: « Наличие фебрильной лихорадки »
0,72( 0,31-1,6)
11( 11,11)( 6-23)
ОШ( ДИ 95 %)
0,64( 0,21-0,89) x 2 р
0,43 0,51
педиатрия