как вспомнишь, так вздрогнешь
постоянно торговать в одном и том же людном
месте, должны были негласно договариваться с
контролирующим эту территорию участковым.
Нелегальный бизнес на курортных сувенирах имел отнюдь не копеечные обороты – стоимость их была весьма высокой по советским
меркам. Брелоки шли по цене от 1 руб. Средняя стоимость самодельной женской бижутерии составляла 3–5 рублей. Цена покрытой лаком крупной раковины рапана с написанным
на ней названием курорта могла доходить до
10 рублей. Лакированного краба или морского
ежа можно было приобрести по цене от 10 до
25 рублей, что примерно соответствовало стоимости 10-дневного проживания одного человека в частном секторе. Те, кто занимался этим
бизнесом в 80-е годы прошлого века, утверждают, что за летний сезон вполне могли заработать на подержанный автомобиль «Жигули».
Очень ходовым товаром были изготовляемые местными умельцами закрытые фанерные ящики с веревочными ручками, в которых возвращающиеся с курорта отдыхающие
транспортировали домой южные фрукты. Цена
каждого такого ящика составляла от 5 до 15
рублей, но торговля шла очень бойко. Также и
на Кавказе, и в Крыму почти в промышленных
масштабах производили «домашнее» вино для
продажи курортникам на розлив, а на курортах
Абхазии – еще и виноградную чачу.
Помимо сувениров существовали и другие
способы за определенную плату сохранить
память о посещении курорта. Редкий курортник возвращался домой без фотооткрыток с
видами основных достопримечательностей и
надписью «Привет из…», которые печатались
местными фотографами и по своей популярности ничуть не уступали типографским образцам. Многие, особенно семьи с детьми, старались сделать «экзотические» фотографии на
пляже с обезьянками и попугаями, с макетами
кораблей, в пиратских костюмах и т. д.
Людей, занимавшихся на дому производством сувениров и аксессуаров, принято
было называть «кустарями». Это слово прочно вошло в обиход еще в 20-е годы прошлого
столетия, во времена новой экономической
политики, и оказалось очень устойчивым. Однако в 60–80-е годы прошлого века появились
также подпольные производства среднего и
даже крупного масштаба, организаторов которых называли «цеховиками».
По некоторым сведениям, практически в
каждом крупном курортном городе действовали два-три подпольных цеха, специализировавшихся на изготовлении товаров повышенного курортного спроса – пляжн ых сумок
с надписями на латинице, которые должны
были имитировать иностранные (например,
Polski Lyon), футболок с яркими аппликациями, халатов, кепок и платков. Произведенные
здесь вещи не являлись эталонами красоты и
стиля, однако, учитывая дефицит и однообразие ассортимента государственной торговой
сети, расходились «на ура».
Популярные приморские курорты пользовались большой популярностью не только у
советских граждан, но и у гостей из-за рубежа.
Достаточно сказать, что Сочи и Ялта наряду с
Москвой, Ленинградом и Киевом входили в
Курортная фарца
граждане. Иностранные туристы также зачастую стремились за счет «теневой» торговли
и обмена валюты по выгодному для них курсу
«черного рынка» вернуть часть средств, потраченных на путешествие в СССР. Особенно
характерно это было для гостей из некоторых
социалистических стран, в первую очередь из
Польши и Румынии.
Предприимчивые вояжеры из-за рубежа
охотно приобретали черную икру, фотоаппараты, наручные часы, а также портативные
пятерку самых посещаемых иностранцами городов СССР. Это обстоятельство создало прекрасные условия для еще одного нелегального вида деятельности, родиной которого
многие исследователи называют южный город
Одессу. Речь идет о фарцовке и фарцовщиках.
В тех курортных городах, через которые проходили туристские маршруты для иностранных
вояжеров, уличная фарцовка получила широкое распространение. Только в первой половине 1976 года за скупку вещей у иностранцев на
Южном берегу Крыма к ответственности были
привлечены 14 советских граждан.
Кроме фарцовщиков популярностью курортных городов СССР у иностранцев пользовались и представители других «теневых»
профессий. Например, в отчете «Интуриста»
за 1980 год сообщалось, что на протяжении
года службой режима крупнейшей ялтинской
гостиницы были задержаны не только 54 фарцовщика, но и 30 валютчиков, а также 25 валютных проституток.
Инициаторами фарцовки и незаконного обмена валюты выступали не только советские
транзисторы made in USSR. Поскольку эти дефицитные товары могли отсутствовать на прилавках советских магазинов, то иностранцы
пытались приобрести их на «черном рынке»,
предварительно реализовав привезенный изза границы ширпотреб.
Уже в документах 50-х годов прошлого столетия говорилось о том, что неоднократно
имели место случаи, когда иностранные туристы нелегально приторговывали одеждой
из джинсовой ткани и нейлона, шерстяными
изделиями, обувью. На вырученные от продажи деньги они приобретали золотые изделия,
сувениры, часы и фотоаппараты. Например,
летом 1959 года группа румынских туристов
продала в ялтинском ресторане «Южный» два
ковра, несколько мужских нейлоновых рубашек и женских комбинаций, потратив полученную сумму в советских рублях на покупку
фотоаппаратов ФЭД-2 и «Смена».
Другой характерный случай произошел в
Ялте весной 1980 года, когда две польские
туристки, путешествовавшие по Крыму, были
задержаны работниками милиции при попыт-
ке нелегальной продажи видеокассеты с порнографическим фильмом «Мелодии в любви».
При разборе этого инцидента выяснилось
также, что ранее они уже успели продать советским гражданам колоду порнографических
карт за 65 рублей. Также жительницы Ялты
вспоминают, что в женских общественных туалетах города постоянно можно было встретить польских туристок, интимно предлагающих приобрести «платье, как на мне», «маечку,
как на мне», «нижнее белье, как н