Ноябрь 2004 | Page 46

наши гости
РЕКЛАМА ИЛИ РЕПУТАЦИЯ?
Даже в Америке реклама – это еще не всё. Есть нечто поважнее, чем реклама. Подсказать? Это « нечто » – хорошо каждому из нас известное, проверенное и испытанное понятие: репутация. Скажем, не сходит с экранов и со страниц газет реклама, расписывающая фантастические способности врача-целителя. И, разумеется, делает свое дело: привлекает любопытных и страждущих. Но далеко не всех. Те, кому не до шуток, кто действительно нуждается в лечении, пойдет не на спектакль к целителю, а на прием к серьезному врачу, специалисту с высокой профессиональной репутацией.
Такие специалисты есть в любом деле. Высоко профессиональный банковский работник. Искусный, с отличным художественным вкусом косметолог. Умелый, ответственный агент по продаже недвижимости. Толковый, наблюдательный, правдивый репортер.
Надежный, знающий, умный адвокат. Или даже не один адвокат, а целая адвокатская контора: многопрофильная юридическая фирма « Айзенберг и Хьюит »( Isenberg & Hewitt). О ее высоком профессионализме свидетельствует, к примеру, такой факт. Одно из сложных, запутанных и выигранных фирмой дел было одобрено Федеральным судом, трижды цитировалось Апелляционным судом Джорджии, две ссылки на него сделаны в объемистом юридическом справочнике « Судебная практика и процедуры » Дэвиса и Шулмана.
На вопрос – сколько всего дел проведено фирмой за пятнадцать лет ее существования, адвокат Мелвин Хьюит отвечает: более двух тысяч, практически все они закончены в пользу клиентов, но … и тут тоже будет кстати аналогия с врачом. Чем лучше специалист, чем выше его репутация – тем сложнее те проблемы, с которыми к нему обращаются, тем труднее добиться успеха в их решении. Да, на экране телевизора можно увидеть бодро улыбающиеся лица адвокатов, гарантирующих любому клиенту: « One call – that’ s all!» – что по смыслу выглядит как « Один звонок – и всё в порядке!». Но, право, стоит задуматься над тем, может ли уважающий себя специалист гарантировать успех в деле, с которым он еще даже не познакомился?
– Ну, а если вы ознакомились с делом – можете сразу сказать, будет оно выиграно или нет?
– В большинстве случаев – можем. И если шансов на успех нет – клиенту об этом будет сказано четко и прямо.
– А знаете, у многих из нас почему-то сложилось представление, что адвокаты заинтересованы любое дело по возможности запутать, заволокитить, чтобы – уж извините за откровенность! – вытянуть из клиента побольше денег в оплату за свои услуги.
– Думаю, такое мнение – результат неосведомленности. Не буду говорить обо всех юристах, но у нашей фирмы строгое правило: мы берем плату за свои услуги только в том случае, если дело выиграно. НЕМНОГО ИСТОРИИ
Хэрриет и Мелвин встретились в школе адвокатов, знакомство переросло в иной – супружеский статус. В 1989 году муж и жена Мелвин Хьюит и Хэрриет Айзенберг открыли в Атланте юридическую фирму « Айзенберг и Хьюит » и начали успешно развивающуюся в последующие годы частную адвокатскую практику как в сфере юридических услуг малому, среднему и крупному бизнесу, так и с отдельными лицами, представляя и защищая их интересы в гражданских делах.

È ÅÃÎ ÊËÈÅÍÒÛ

Такое решение было закономерно предопределено юридической « специализацией » молодых супругов. Хэрриет Айзенберг – член Адвокатуры штата Джорджия, лицензированный брокер по операциям с недвижимостью, член Американской лиги коммерческих законов, основатель и руководитель инвестиционной компании, не понаслышке знакомый со всем многообразием проблем организации и становления бизнеса, коммерческих операций, деловых связей и отношений. « Хэрриет – мой партнер, – рассказывает Мелвин. – Занимается всеми категориями бизнеса – малым, средним, крупным, коммерческими соглашениями, нарушениями контракта, претензиями. У нее более сотни постоянных клиентов, в их числе есть фирмы, с годовым оборотом, превышающим 30 миллионов долларов – такие, как, к примеру, один из спонсоров Афинских Олимпийских игр – Home Depot ».
Большой, разнообразный опыт и за плечами у Мелвина Хьюита. Окончил юридический колледж и юридический факультет Кентского госуниверситета. Отслужил четыре года в юридическом управлении военно-морского флота. В течение шести лет работал в полицейском управлении. Следующие пятнадцать лет отдал работе в крупнейшей частной международной Фирме услуг по службе безопасности, пройдя за пятнадцать лет путь от руководителя рядовым подразделением до президента этой фирмы, имевшей более 13 тысяч работников и обслуживающей
сотни офисов в Америке и в Европе. В те же годы, не прерывая работы, окончил школу адвокатов, стал членом Адвокатуры штата Джорджия, членом Американской ассоциации судебных адвокатов и Американской национальной ассоциации Адвокатуры жертв уголовных преступлений.
С начала 1997 года клиентура фирмы пополнилась многочисленными иммигрантами из Восточной Европы, из республик бывшего СССР. Расширение масштабов деятельности конторы « Айзенберг и Хьюит » потребовало и расширения ее штата, причем, для эффективной работы с русскоговорящими клиентами были приняты сотрудники, владеющие русским языком. На просьбу сравнить свою контору – какой она была пятнадцать лет назад – с той, какую мы видим сегодня, Мелвин откликается, не задумываясь: « Наш первый офис был меньше, чем вестибюль нынешнего. Начинали мы вдвоем с женой, к концу первого года наняли секретаря. В последствии смогли купить вот это просторное помещение. Нынче у нас восемь постоянных сотрудников, работающих с полной нагрузкой, и двое сотрудников работающих на полставки ».
– Похоже, что оба основных направления вашей фирмы развиваются в одинаковом темпе, приносят одинаковый доход?
– В общем, это так. Но по своему характеру они отличаются весьма существенно. Работа жены основана на долгосрочных контрактах, идет по расписанию, более предсказуема, ее доход от-
дела к десятиминутному рассмотрению в суде потребует как минимум полный день. А если судебный процесс займет все восемь часов – полный рабочий день? На подготовку такого дела понадобится не менее пятидесяти часов – побольше, чем полная рабочая неделя одного юриста.
Процессы, расследующие случаи медицинских ошибок, профессиональной небрежности и некомпетентности, длятся от пяти до семи и более дней. Соответственно, адвокатская подготовка документов превысит сотни и сотни часов напряженной работы.
– А теперь, – смеется Мелвин Хьюит, – представьте себе человека, который целый день сидит за столом, заваленном бумагами, что-то читает, что-то записывает, что-то вносит в компьютер, что-то распечатывает и снова роется в бумагах …
Это интересно? Это зрелищно? Конечно же, нет! И телевидение, и кино требуют действия, напряженных столкновений между людьми. В этом смысле судебный процесс – своего рода спектакль. Тут вам
– спор, состязание, борьба, азартный вопрос « Кто – кого?» Обвинитель – адвоката? Или адвокат – обвинителя? А сколько зрелищных сцен можно подсмотреть и снять на пленку в полицейском управлении! Реальные перестрелки, преследования, захваты преступников … Место преступления … Жертвы преступления …
Свидетели … Подозреваемые … Вещественные доказательства, улики, версии …
И всё это – не выдумка сценариста, а реальные факты, реальные ситуации, ре-
носительно стабильный. Я же по большей части занимаюсь индивидуалами, спектр моих дел чрезвычайно широк, моя работа в расписание не укладывается, мой доход не предсказуем. Но в суммарном выражении с доходом жены соизмерим.
НА ЭКРАНЕ И В ЖИЗНИ
– Когда смотришь фильмы, где главные герои адвокаты, складывается впечатление, что они только и делают, что выступают в судах, произносят яркие речи, с поразительной находчивостью спорят с обвинителями … Между тем, все знакомые адвокаты в один голос уверяют, что большую часть времени проводят в офисах. А какой расклад времени у вас? Каково соотношение между работой « публичной » и « домашней »?
Мелвин Хьюит подтверждает: в основном работа адвоката проходит в офисе. И это понятно: подготовка простейшего

ÀÄÂÎÊÀÒ

46 № 11( 16) ноябрь 2004 г. www. russiantown. com