улыбнитесь |
|||
|
Зоя грустно улыбнулась:
– Да гляди, чего уж … Видишь, как всё обернулось? Ты раньше водкой был налитый, а теперь – воздухом надутый … Что тогда ты не был мужиком, что теперь … Тяжело мне, Славик … По-бабьи тяжело …
– Прости меня, Лариса … Замуж выходить не собираешься? Ты женщина еще в соку, тебе мужчина нужен. Лариса отмахнулась: – Да где его, мужчину взять?! Сватался один, наладчик с нашей фабрики. Всем хорош: вдовец, не бабник, зарплата неплохая, рассудительный, сериалы любит. Пельмени лепит, помидоры маринует, унитаз отремонтировал, проводку в спальне заменил … – Ну и чего ж ты? Пьет? – Конечно, пьет. Отказала я ему. – Ты прости меня, ну а как же с этим делом? Ведь природа требует свое …
– А что природа? Вон, с тобой, сколько лет промыкалась, и ничего, обходилась как-то. Арутюн, правда, забегает иногда. Да и то, раз в квартал. У него у самого – жена Карина, и две любовницы. Не разорваться ж парню. Кстати, а где французские подтяжки, которые он тебе на похороны дал? Что-то на тебе я их не вижу. – А я их подарил апостолу Петру. – Это тот, который трижды отрекался от Христа? – воскликнула Лариса. – За что ему подтяжки?!
– Да ладно … Он сам переживает. Говорит, так ситуация тогда сложилась. А кто старое помянет … Зато на День защитника отечества обещал увольнительную дать. По блату. Он у нас там вроде как за бригадира. Перестану пить, будет чаще отпускать. – Постарайся, Славик. – Постараюсь. Вот увидишь.
Очень я тоскую по тебе …
– А нельзя ли как-нибудь тебе воскреснуть? – у Зои дрогнул голос. – Ну, хотя бы на недельку. Попроси Петра. Может, посодействует? Ведь он апостол …
– Апостол, но не Иисус Христос. Слабо ему, пойми ……
У Зои навернулись слезы. И тут она заметила на пиджаке у Вячеслава маленькую дырочку от моли. Улыбнулась:
– Надо же, и у вас там моль …. Вот, никогда не думала … Сними, заштопаю …
|
– В следующий раз … – Вячеслав поднялся. – Пора мне. Опоздаю, неприятностей не оберешься.
Они стояли в метре друг от друга. Зоя, прикусив губу, потихоньку плакала. У Вячеслава заплясали руки( то ли от волнения, то ли от хронических алкогольных возлияний).
– Славик!… – вдруг навзрыд, побабьи, крикнула жена и бросилась ему на грудь. На какое-то мгновение( только на мгновение!) почувствовав живую плоть. Через мгновенье Вячеслав растаял. Как сосулька …
Все что осталось от Вячеслава, так это сладковато-приторный карамельный перегар.
* * *
А вот история, которая случилась в Нешере( город-спутник Хайфы), в хостеле для пенсионеров. Уже смеркалось, когда к Науму Розенблату, пенсионеру-одиночке, кто-то осторожно постучал в окно. Затаившись, Розенблат прислушался. Стук снова повторился. Пенсионер в испуге отпрянул к холодильнику. Дело в том, что малогабаритная квартирка, которую занимал старик, находилась на четвертом этаже восьмиэтажного башенного дома. Балконов в доме не было. Кто и как мог постучать в окно?!
Розенблат спрятался за холодильник. Спустя минуту постучали вновь. Осторожно выглянув из своего укрытия, старик в окне увидел Ленина.
Ильич, в обрамлении оконной рамы, напоминал сейчас свой знаменитый портрет: кепочка, прищур лукавых глаз, пиджачок и галстук в крупную горошину.
– Наум, откройте … – с характерной ленинской картавинкой тихо произнес Ильич.
На ватных, гнущихся ногах Розенблат приблизился к окну, на два пальца приоткрыл фрамугу. Этой щели Ленину вполне хватило. Ловко спрыгнув с подоконника, Ильич раскатистым фальцетом рассмеялся:
– Не ждали, батенька? Перепугались? Ну, то-то же!..
Ильич прошел на середину комнаты, протянул пенсионеру руку.
– Во-первых, с праздником, товарищ!
– А какой сегодня день? – растерялся Розенблат. – Суккот начнется только в ём шлиши ….
– Да какой к чертям Суккот! –
|
воскликнул Ленин. – Для нас, большевиков, есть даты куда как поважнее. Сегодня, батенька, исполнилось ровно сто пятнадцать лет со дня открытия Второго съезда РСДРП! Улавливаете разницу?
« Большевики » и « РСДРП » вызвали испуг у Розенблата.
– Товарищ Ленин, умоляю! В нашем хостеле категорически запрещена любая политическая деятельность. Только вчера прогнали агитатора из Аводы … – Кто прогнал? – Да есть один тут … Гришка Фишман. Председатель домового комитета. Кричит: « Я на бейт-квароте видал все ваши партии!». Корчит из себя начальника …
– Погодите-погодите … Фишман, говорите? – Ильич сосредоточенно задумался, прищурил глаз. – Этот Гришка Фишман, случайно, не из Умани?
– Из Умани, конечно. По нему видно, что оттуда.
– у, надо же! А я ведь помню его деда, Герша Фишмана. Стойкий был партиец. Искровец, подпольщик, нелегал. Его в лицо вся Умань знала. Вот вам, батенька, и диалектика! Закон единства и борьбы противоположностей. Дед – убежденный большевик, а внук – политическая проститутка …
Ильич вскочил со стула, нервно заметался по салону:
– Проститутка! Ах, какая политическая проститутка этот Гришка!.. А кстати, товарищ Розенблат, я ведь к вам по щекотливому вопросу. Знаю, вы человек надежный и вне всяких подозрений. Ведете скромный образ жизни, соблюдаете кашрут. У меня к вам настоятельная просьба.
Розенблат растерянно развел руками.
– Я смогу у вас укрыться на короткий срок? Минут на сорок, сорок пять? Конспиративно. Мне необходимо встретиться с товарищем по партии и решить с ним несколько вопросов. Дело срочное, не терпит отлагательств. Не беспокойтесь, регламент встречи будет соблюден.
– Что я должен делать? – спросил пенсионер.
– Побудете за дверью. Проследите, чтобы не было хвоста. – Я готов! – ответил Розенблат. – Спасибо. Большое большевистское спасибо! Вождь стремительной ленинской
|
походкой направился к окну. Осторожно выглянул наружу. Ни души. Вязкая израильская ночь. Из всех соседних окон доносилась перестрелка российских сериалов.
– Демок р а т ы … – в ы р у г а л с я Ленин. – Страну до ручки довели … Укрыться негде! В России политический бардак, в Европе антиглобалисты … Да и в Израиле не лучше. Одна надежда – на сознательных олимов …
Перегнувшись через подоконник, Ильич подал условный знак: стал насвистывать свою любимую Аппассионату. Из темноты возникла молодая дама. Проникла в дом.
– Товарищ Арманд, – представил гостью Ленин. – А это – товарищ Розенблат. Русскоговорящий иудей из Азербайджана.
– Располагайтесь, – пригласил пенсионер. – Извините, если что не так. Тут у нас не Цюрих. Будет душно, можете включить мазган. Диванчик старенький, но вполне надежный. Раздвижной. Пружины не скрипят. Успешной вам работы.
С этими словами Розенблат покинул явку. Дверь с обратной стороны предусмотрительно закрыл на ключ.
– Сразу видно, что старик с большим конспиративным опытом, – отметила Арманд и нетерпеливо присела на диванчик. – Ну что, Володя, будем раздвигать софу?
– Нет, нет и еще раз нет, Инесса! – воскликнул Ленин, потер ладони и порывисто привлек Арманд к себе. – Сегодня мы с тобой пойдем другим путем!… – В его глазах зажглись лукавые искринки …
* * *
Рассказывать невероятные истории видений можно бесконечно. В моих запасниках – их множество. И хотя люди клялись мне, что всё так оно и было, я в это категорически не верил.
Но вот в один прекрасный день, а, вернее, вечер – в 18:25 по гринвичскому времени, в Хайфе, на Адаре( номер дома называть не буду), свершилось чудо. Наконец и мне было видение! Мог ли я тогда предположить, как фантасмогорически и круто повернется вся моя последующая жизнь?..
( Продолжение следует)
|