Для детей и юношества
Владислав
Аксенов.
Сказки старого Парижа
Автор Владислав Аксенов живет в Торонто( Канада), ранее издавался в многотиражной газете « Электросила», г. Ленинград( 1984-86 гг.) и в армейских газетах по Северо-
Западу и
Прибалтике( 1988-90 гг.)
Его роман Сказки старого Парижа – книга для семейного чтения. Главные герои – девочка и животные, ее воспитанники.
Действие происходит в Париже и во французской провинции конца XVII века.
Семейство девочки постоянно сталкивается с проблемами воспитания животных- детей, с их шалостями и выходками. Оказывается, что эти проблемы – вне времени, и характеры животных и людей узнаваемы для читателей в любой стране в любую эпоху.
История эта берёт свое начало во Франции во время правления одного из Людовиков, когда роскошь и упоение ею достигли своего апогея.
Да и ситуация в стране была ещё та, низы, вроде, были не против, а верхи могли, и ещё как могли, ну и всячески пользовались этим правом, но доктор
Гильётэн немного исправил или, лучше сказать, подровнял ситуацию в относительно недалеком будущем, а пока...
Один из первых французских изобретателей или, говоря современным языком, инженер по имени Жан- Батист, будучи в деревне и выполняя поручение одного богатого землевладельца, купил на рынке маленького зайчонка в подарок своей дочери Кристин.
И вот этот зайчонок из глухой французской провинции совершил путешествие почти через всю страну, аж до самого Парижа. Жан-
Батист вёз его аккуратно, в специально купленной для него корзинке.
Простой инженер всё чаще и чаще посматривал на зайчонка во время путешествия, уж очень расцветочка, хочу я вам сказать, была у этого зверька такая, знаете ли, фривольная для лесного зверя. Черно-белая с неким вызовом или изыском, если хотите. Черный носик, черное пятнышко повыше верхней губы, не пятнышко, а прямо вульгарная мушка, уши тоже, доложу я вам, не уши, а черное кружево на белом фоне, видно, гены были ещё те у зайчонка. Да и зайчонок ли он был?
Уж очень он походил на домашнего декоративного кролика, хотя продавец, что со слезами на глазах расстался с кроликовым зайцем, клялся, что это самый натуральный заяц, и что его родную маменьку он лично поймал в силки и поджарил, а вот на деточку рука не поднялась, поэтому:
– Месье, же не манж па сис жур, – и далее по тексту.
118