118
АКТИВНАЯ ЖИЗНЬ ∙ Путешествие
значив место как перевал Катастро-
фа Восточный.
Судорожно цепляясь за оско-
лок скалы размером с легковушку,
стараюсь не свалиться в щель в за-
вале. Спускаюсь по тонкому гребню
из курума, за час продвигаюсь на
500 метров. Открывается западный
цирк плато – он великолепен: словно
обрезанные стены, забитые снежни-
ками кулуары, в одном из которых –
перевал Седло Тахтарвумчорра.
Малая Белая: долина,
которая висит
В просвете между нависающими
отрогами Тахтарвумчорра и мас-
сивом Алявумчорр зеленеет тре-
вожное пятно тайги в долине реки
Малая Белая. Там бродят люди и
горят костры. Туристы, повинуясь
коллективному инстинкту, стре-
мятся к популярным перевалам,
отдаляя себя от гор. Утро второго
дня. Собираю палатку и направля-
юсь дальше. Ещё час, и попадаю в
полноценную тайгу, где встречают-
ся старые стоянки охотников. Душ-
ный лесной запах дурманит, следы
лося переплетаются с отпечатками
лап медведей. Малую Белую пере-
хожу вброд почти по пояс.
И всё возвращается на круги своя:
набитые тропы и разбросанный му-
сор. Ушедшая после попойки компа-
ния оставила огромную пачку сгущён-
ки. На соседней стоянке – записка от
латвийцев и несколько бомж-пакетов.
Оставляю тем, кто голодает. Изучение
гастрономических трофеев прерыва-
ют раздавшиеся голоса – идёт юная
пара из Петербурга. Болтаем. Им туда
же, куда и мне: вдоль ручья Ферсмана
на плато Юдычвумчорр.
Волнообразное плато на севере
изгибается огромной отвесной под-
ковой над каменной пустыней. С юга
Юдыч спускается к урочищу Малой
Белой, а его стены прерываются
«Ямальский меридиан» № 10. Октябрь 2019 г.
осыпными склонами. И там, внизу у
озера, различаю раскинутые палат-
ки. Подхожу к высшей точке Хибин,
чтобы сбросить рюкзак и посидеть
на венчающем её двухметровом ва-
луне. 1200 или 1206 метров. Здесь
терпко тянет дымом – Лапландия в
июле объята пожарами. Заглядываю
в пропасть: слева цирк, где угадыва-
ется перевал Крестовый. Прямо –
круча и перевал Западный Петрели-
уса. Лезу чуть вправо и попадаю в
тупик. Как выбраться – непонятно.
Юдычвумчорр:
разговоры под гром
Поход завершился романтиче-
ской ночёвкой на фоне красного
солнца, матового неба и штиля.
Сегодня – продолжение. Проходи-
мый осыпной кулуар заканчивается
таким градусом наклона и месивом
из сыпухи и камней, что о движе-
нии вниз нет и речи. Мой опыт ещё
скромен для этого. До зеленеющей
долины визуально подать рукой,
сижу и думаю, что делать.
Подавляю панику и резко про-
хожу по мокрой полке горного мас-
сива вправо. Поскользнусь – полечу
кубарем, а куда – не видно. Цепля-
юсь за камни, собираю ботинка-
ми сыпуху – и я вновь на плато. За
мной давно наблюдают две пары
внимательных глаз. Муж и жена из
Петербурга ждут, когда я спущусь.
Внизу слышу незаслуженный ком-
плимент за пляски на куруме: «У вас
хорошая техника». Под ливнем мы
мило болтаем о росте цен и снаря-
жении из «Декатлона» и «Сплава».
Палатку в этот день ставлю рано –
на часах шесть вечера. Облегчаю
рюкзак – ем. Шоколад, сгущёнка,
мюсли, пюре, солёный арахис, пе-
ченье и божественная арахисовая
паста. Плюс копченая колбаса и
миндаль. Всем этим закупился в ма-
газинах Кировска до похода.
Неповторимая аура Хибин
позволяет многим, побывав-
шим даже у её подножия,
обрести гармонию.