Март 2004 | Page 21

террор

и электронные банковские услуги дают возможность осуществлять перевод денег практически мгновенно из любой точки земного шара. Даже когда для перевода денег необходимо личное присутствие человека, американский закон разрешает любому въехать в страну или покинуть ее, имея при себе незадекларированными10 тысяч долларов наличными или в ценных бумагах.

Первая война в Персидском заливе в 1991 году была катализатором в развитии связей между неонацистами и исламскими террористами. В начале 1991 лидер немецких неонацистов Михаэль Кенен связался с иракским посольством в Бонне и предложил обучить и вооружить бригаду неонацистов в качестве помощи Саддаму в предстоящей борьбе с альянсом, возглавляемым Соединенными Штатами. Впоследствии этот факт получил документальное подтверждение: когда Кенен был арестован немецкой полицией в апреле 1991( вскоре после этого он умер от СПИ- Да), среди бумаг в его квартире был найден черновой набросок договора между « Антисионистской лигой » и « правительством Ирака ».

Другой лидер немецких неонацистов, выступив однажды в прямом эфире гессенского телевидения 25 января 1991 года, завоевал дурную славу, заявив « Да здравствует борьба за Саддама Хусейна, да здравствует его народ, да здравствует их лидер, сохрани Г-сподь арабский народ ».

Хотя в итоге около 500 неонацистских наемников, из которых сформировали т. н. « корпус Свободы », действительно достигли Ирака в 1991, их влияние на ход боевых действий оказалось, мягко говоря, незначительным. По рассказам очевидцев, большинство наемников просто бродили по Багдаду, щеголяя униформами СС. Бойцы « корпуса Свободы » бежали из Ирака после первой же бомбардировки иракских позиций силами альянса. Несмотря на бесславное поведение неонацистов во время войны в Ираке, их присутствие в этой арабской стране стало важным этапом на пути упрочения связей между американскими правыми экстремистами, европейскими неонацистами и исламскими террористами.

После первой войны в Персидском заливе в США пошел на подъем терроризм внутренний, неимпортированный. Тимоти Маквей, сам ветеран этого конфликта, потряс весь мир, взорвав здание Murrah Federal Building в Оклахоме в 1995 году. Однако, по некоторым признакам, не последнюю роль в этом теракте сыграли члены неонацистской / исламской террористической сети.

Прежде всего, о многом говорит сам выбор места для проведения теракта. Хотя Оклахома – достаточно консервативный южный штат, известный патриотизмом

своих жителей, – здесь, например, очень высокий процент желающих добровольно служить в армии, – он также является одним из оплотов неонацистского движения в США. В 1991, глава оклахомского клана Деннис Махон возглавил митинг в поддержку Саддама Хусейна в Тульсе. В Оклахоме находится Элоим-сити, полувоенный комплекс, служивший местом подготовки неонацистов на протяжении последних тридцати лет. Среди организаций, упоминаемых в связи с Элоим-Сити – « Орден », « Завет меча и руки », « Белое арийское сопротивление » и « Арийская республиканская армия ». Среди членов последней числился и Тимоти Маквей.

Экстремисты, проживающие в Элоим-Сити, получали подготовку по образцу армейской, причем в учителях у них состояли личности весьма примечательные. Так, одним из инструкторов некоторое время был Андреас Карл Штрассмайер, неонацист и сын Гунтера Штрассмайера, главного помощника канцлера Германии Хельмута Коля. Старшего Штрассмайера считают архитектором плана воссоединения Коля, в рамках которого бывшая Восточная Германия присоединилась к Федеративной Республике в 1991. В свою очередь, отец Гунтера был одним из первых членов нацистской партии в начале двадцатых годов прошлого века.

Андреас Штрассмайер играет важную роль в нашем рассказе не только потому, что он в свое время был близким другом Тимоти Маквея, но и потому, что многие следователи считают его « Джоном Доу номер два », тем самым человеком, которого видели помогающим Маквею и Терри Николасу на месте теракта и чью личность пока не удалось установить.

Помимо подготовки различных неонацистских группировок, Штрассмайер принимал участие в других, весьма любопытных проектах. Как гласит доклад ФБР от 10 мая 1995 года, « были обнаружены еще одни документы, которые указывают на то, что Штрассмайер пытался приобрести самолет « Боинг 747 » у авиакомпании « Люфтганза », однако цель покупки авиалайнера в них не отражена »

В 1995 еще не выглядело неразумным со стороны ФБР уделить лишь толику внимания попытке Штрассмайера приобрести авиалайнер. Тем не менее, в свете событий 11 сентября, сорвавшаяся сделка Штрассмайера заставляет взглянуть на нее по-другому и дает реальные основания предположить, что теракты с использованием самолетов планировались еще в 1995 членами неонацистской \ исламистской террористической сети.( Отметим, что находящийся в частной собственности и лично пилотируемый или дистанционно управляемый авиалайнер решал проблему необходимости захвата самолета, совершающего обычный рейс). Штрассмайер покинул США вскоре после теракта и сейчас проживает в Берлине.

Множество точек соприкосновения между неонацистами и исламскими террористами, как и их общая любовь к большим зданиям общественного пользования как к мишеням для терактов, демонстрируют особенности сценария террористической деятельности, который я назвал « Незнакомцы в поезде ». В одноименном кинофильме Альфреда Хичкока двое незнакомых людей знакомятся в поезде и в ходе общения выясняют, что каждому из них необходимо избавиться от человека. Они заключают договор, согласно которому каждый из них должен убить « клиента » другого, тем самым лишая следствие мотива преступления. Недавно полученные факты свидетельствуют о том, что « Аль-Кайеда » действительно перепоручает часть своей террористической « работы » сторонним группировкам – именно поэтому американские следователи уделяют такой интерес удаленным областям Южной Америки, где пересекаются границы Бразилии, Аргентины и Парагвая.

В этом месте, по некоторым сведениям, пересекаются и пути богатых немецких экс-нацистов, исламских, баскских и ирландских террористов в бегах, а также местных наркодельцов. Возможности для заключения террористических « контрактов » в стиле мафии здесь практически безграничны.

Некоторые могут быть по-настоящему поражены, узнав о том, как хорошо спонсируются различные неонацистские организации. Так, властям уже много лет известно, что швейцарский банкир по имени Франсуа Жену оказывал поддержку неонацистским группировкам по всему миру. Жену приобрел известность прежде всего в своей роли финансового советника главного муфтия Иерусалима. Он подозревается в финансировании деятельности неонацистов за счет средств, изъятых у евреев нацистами в ходе Второй мировой и размещенных в швейцарских банках. Жену оплатил адвокатов, защищавших Эйхмана во время процесса над последним в 1961. Пожалуй, самый шокирующий факт биографии Жену – это его связи с террористами, участвовавшими в убийстве израильских атлетов на Олимпийских Играх в Мюнхене в 1972.

Еще один известный спонсор неонацистского и исламистского террора – Ахмед Юбер( урожденный Альбер Юбер), бывший журналист, принявший ислам. Швейцарские силы безопасности провели обыск в доме Юбера 8 ноября 2001 года, после того, как их американские коллеги назвали его одним из главных лиц в финансовой цепочке « Аль-Кайеды ». Юбер был активным членом « Аль-Таквы »( буквально – « Страх перед Б-гом »), международной банковской организации, которая втайне финансировала деятельность ХА- МАСа и других исламиских экстремистских группировок. Как гласит доклад,

опубликованный немецкой Bundesamt fuer Verfassungsschutz(« Ведомство по защите конституции »), Юбер « считает себя посредником между исламом и правыми объединениями ».

Юбер и подобные ему обнаружили, что организации, отрицающие факт Холокоста, идеальны в роли штаба для координации усилий неонацистов и исламских террористов. В самом деле, отрицание Холокоста – область, в которой мнения неонацистов и мусульманских экстремистов совпадают абсолютно. А с учетом предпринимаемых после терактов 11 сентября мер безопасности, международные конференции, посвященные проблеме отрицания Холокоста, в настоящее время больше значат именно как места встреч между неонацистами и исламскими террористами, где строятся новые планы и координируются совместные действия.

Во многом этому способствует налет респектабельности, свойственный организациям, отрицающим Холокост. Такие учреждения, как Институт исторического анализа в Санта-Барбаре, Калифорния, выпускают глянцевые квазинаучные журналы, изобилующие сносками и биографиями, а также создают и поддерживают сайты с привлекательным дизайном. Такие организации спонсируют проведение международных конференций, позволяющих встретиться представителям неонацисткого и радикально исламского движений, потому что подобные встречи подпадают в принятые во многих западных странах законы, защищающие « свободный обмен идеями ». А если принять во внимание популярность антисемитских идей в среде левонастроенных ученых( вдобавок к свойственному им антиамериканизму), неудивительно, что на сегодняшний день практически не существует разницы между симпозиумами, проводимыми официально признанными « организациями по изучению ближневосточных вопросов » и конференциями, которые организовывают группы, объединяющие отрицателей Холокоста.

В то время, как американские силы безопасности продолжают пытаться выявить и устранить возможность проведения новых терактов силами самой « Аль-Кайеды », нам следует быть более бдительными в отношении возросшей вероятности « террора по найму », учитывая, что вакуум, оставленный мусульманскими террористами может быть легко заполнен неонацистами и другими правыми экстремистами.

Вполне возможно, что следующий теракт в стиле 11 сентября попытается осуществить не арабский террорист в куфийе, изрыгающий цитаты из Корана, а боевик Ирландской республиканской армии, чьи услуги были приобретены левым европейским интеллектуалом на закрытом заседании какой-нибудь научной ассоциации во время ежегодной конференции в Омахе, Чикаго или Сан-Франциско.

Уильям ГРИМ