за руку, сЪлъ съ нимъ на лавке и ирикланяся къ нему, сказал до уха такъ голосно, что близъ предстоящая енеральйая старшина и некоторые полковники могли слышать тые слова: « Гетманъ Иванъ Степановичь, пора ныне пріиматца за тЪхъ враговъ », а енеральная старшина и полковники, слыша то и видя, что тайно съ собою хотятъ говорить, когда начали удалятца, Мазепа, помааніемь указавъ имъ на едномъ м Є с тЄ стоять, отвЪтовалъ его светлости единымъ словомъ: « не пора », будто до уха, но нарочно голосно, въ усльїшаніе енералной своей старшин!» и полковникамъ; а его светлость на тое сказалъ: « Не можетъ быть луччая пора, какъ ныне, когда здесь самъ есть царское величество съ главною своей армеею ». ОтвЪщалъ Мазепа: « Опасно будетъ не сконча едноей войны съ непріятелемь, другую начинать внутрию ». Паки его светлость отвЪщалъ: « Ихъ ли враговъ опасатца и щадить? какая съ нихъ полза царскому величеству? Прямо ты вЪренъ. царскому величеству; но надобно тебе знаменіе тоей верности явить и память по себе въ вечные роды оставить, чтобъ и впредь будущіи государи выдали и имя твое блажили, што единъ такій былъ верный гетманъ Иванъ Степановичь Мазепа, который такую ползу государству Россійскому учинил ». Темъ временемъ хотячи царское величество одойти до своей кватерн, всталъ съ своего места и пресЪкъ тотъ дискурсъ, который съ обоихъ сторонъ слышанъ былъ енералной старшине и полковникомъ; а Мазепа, проводивши царское величество и возвратившися съ послЪдствующими себе енералною старшиною и полковники въ внутриюю свою комнату, вопрошалъ ихъ: если все слышали, что свЄ т л Єйш ій князь говорилъ? а когда отвЪщали, что слышали, сказалъ тые слова: « всегда мне тую пЪсенку поютъ, и на МосквЪ и на всякомъ месте, не допусти имъ токмо, Боже, то исполнить, что думаютъ ».
Преразили тые слова страхомъ сердце слышавшихъ и частое было роптаніе и переговори между полковниками, наипаче, что, по указу царского величества, безъ всякой противности, вЪрнымъ и послушливымъ сердцемъ, козаки своими оброками служатъ далекими и долгими походами, съ последней худобы разоряются, кровь свою проливаютъ, и на разныхъ мЪстахъ, то въ Инхлянтахъ, то въ Полши, то въ ЛитвЪ, то въ Казанскомъ государстве, то въ Донскихъ городахъ, погибают и умаляютца, а за тые службы, и преждніе за турецкой войны и за теперешніе не токмо жадной нетъ милости, но еще, и ругаютъ насъ и уничижаютъ и безделицами называютъ, и верной нашей службы въ полушку не ставятъ, а наконецъ и о погибели нашей промышляютъ ».
Зачалося потомъ дело фортификации Печерской, наступили переходы черезъ Малороссійскіе города до главной армеи
164