на экране и в жизни
« Как я могла быть не влюблена в такого человека, как Табаков? Как могла не ответить на его влюбленность? Другое дело, что люди вокруг превратили это в пошлейшую историю, которая не имеет под собой никакого основания », – рассказывает актриса Елена Проклова.
– Вы одна из немногих артисток, которые, начав сниматься в детстве, сделали блестящую карьеру. Большинство детей-актеров просто исчезают в небытие.
– Возможно, дело в том, что я трудоголик. Чем ни заставь меня заниматься, я буду это усердно грызть. Это свойство характера, я же спортсменка – с четырех лет занималась гимнастикой. В пять лет уже выступала в Кремлевском дворце, у меня был номер « Девочка на шаре ». Помню бесконечные холодные коридоры, большие гримерки, где нам банты завязывали. Помню кулисы огромные, мне казалось, они уходят прямо в небо. На сцену выходил чемпион мира, атлет, делал свои упражнения, потом брал шар и поднимал над головой. И я по этому великану карабкалась на шар и там, наверху, делала мостик, сальто вперед, потом вставала на руки …
диции у меня родилось ощущение тотального одиночества. Хотелось накрыть голову по душкой и пореветь в голос. Хотелось обратно в спорт. Хотелось домой к собаке, к рыбкам. Оторванность от дома, чужие школы, чужие дети – тяжко. Но это закаляет характер. Был еще один плюс – я жила в сказке, чувствовала себя Гердой. На съемочную площадку из гостиницы в Ужгороде, где жила вся съемочная группа, меня возили в карете …
Я еще снималась в « Снежной королеве », когда мне присудили награду за фильм « Звонят, откройте дверь ». Не было ни одной газеты, ни одного журнала во всей стране, где бы об этом не написали, ведь впервые приз за лучшую женскую роль достался девочке, совсем не актрисе. Нам домой мешками приносили письма. Мои фотографии продавались в киосках « Союзпечати ». Я еду куда-то сниматься, селюсь в гостинице, а ко мне утром стучат в номер: « Мы приготовили вам кашку, которую вы любите ». Так и жила. С одной стороны, одиночество, с другой – ощущение всеобщего внимания. – Интересно, а как ровесники вас воспринимали? – Мальчишки, естественно, все были влюблены. Но с ними мне было неинтересно. А девочки со мной не общались. Вечно – бойкоты в каждой школе. В общем, мне хотелось побыстрее стать взрослой. Как говорил Ефремов, когда мы снимались в фильме « Гори, гори, моя звезда »: « Ленка, скорее кончай эту школу идиотскую, никому не нужную, и приходи к нам в театр ». А Табаков возражал: « Ты что, сдурел? Куда она без диплома? Нет, пускай учится, а потом поступает на актерский!». Мне было 15 лет. Но два великих Олега приняли меня как равную. Брали и на футбольные матчи, и на ночные репетиции в « Современник », который тогда еще располагался на Маяковке. Это был для меня храм в прямом смысле слова.
Везде ходят обычные люди, а там – инопланетяне. У них горят глаза, они чем-то другим живут. Я смотрела все спектакли в течение года, по многу раз. Удивительно, но Ефремов с Табаковым интересовались моим мнением. Случались такие диалоги: « Я плохо играл?» – « Нет, я даже плакала ». – « А мне показалось, я что-то не так делал ». Я могла их судить!.. В 15 лет очень важно оторваться от земли …
Возможно, если бы я не встретила Ефремова и Табакова, все в жизни сложилось бы иначе. Эти два человека могли подраться, схватить друг друга за грудки из-за того, что не сошлись мнения по поводу чего-то. Или, наоборот, рыдать, обнявшись. Как-то Табаков был у Окуджавы и услышал песню « Молитва » со словами « Господи, мой Боже, / Зеленоглазый мой!». Взволнованный, приехал на репетицию и нам ее спел. Потом мы стояли втроем – я, Табаков и Ефремов, обнявшись, голова к голове, как пьяные, и рыдали над стихами Окуджавы. Безусловно, я попала в компанию не людей – богов! – Говорят, вы были серьезно влюблены в Табакова? – Как я могла быть не влюблена в этого человека? Как могла не ответить на его влюбленность? Да я перед ним преклонялась! Другое дело, что люди вокруг превратили это в пошлейшую историю, которая не имеет под собой основания. Мне казалось, в « Современнике » все были влюблены друг в друга, в дело, которым занимались. Места в театре было так мало, что репетировали, чуть ли не сидя друг у друга на коленях. Репетиции – это бесконечные споры, воспоминания, чтение стихов, это почти всегда у кого-то слезы от эмоциональной переполненности, особенно у женщин. Конечно, на меня это все производило ошеломляющее впечатление.
– Вы так и не смогли дождаться окончания школы и поступили в театральный, лишь закончились съемки?
Откровенное интервью актрисы
ЕЛЕНА ПРОКЛОВА
О ДРУЖБЕ И РАБОТЕ
– С ума сойти!
– Это было безумно эффектно, зал рукоплескал, что было очень приятно. В школе мною гордились, говорили: это наша будущая чемпионка. В 11 лет я стала мастером спорта по гимнастике.
– И тут все изменилось. Из 11 тысяч девочек, которые проходили кастинг в фильм « Звонят, откройте дверь », режиссер Александр Митта выбрал вас.
– Так получилось благодаря моему дедушке, который у Митты работал вторым режиссером. Хотя он меньше всего желал мне актерской судьбы, считая, что это адская профессия. Каждый человек судит по своим меркам. Когда-то у дедушки была слава – в фильме « Боксеры » он играл боксера по прозвищу Муха и очень этим гордился. Потом они с Петром Алейниковым ездили по стране с антрепризными спектаклями. Еще дедушка восемь лет проработал главным комиком в Германии, в Театре Советских войск, его всегда на ура принимали. И вот он приехал в Москву и как актер оказался никому не нужен. А привычка быть звездой осталась.
Дедушка переживал, стал нервный, жесткий. Его взяли на « Мосфильм » вторым режиссером, а это работа – не приведи господи! Все шишки на него, все дела – подай, принеси, почему не сделал? Часто я ходила с дедушкой на « Мосфильм ». А тут запустился фильм « Звонят, откройте дверь », и меня попросили подыгрывать девочкам, которые пробовались на главную роль. У Митты было четкое представление о том, кто ему нужен. Он говорил: « Я снимаю историю современной Татьяны Лариной, она должна быть с черной косой и огромными, как океан, глазами ». А у меня – два белобрысых хвостика с бантиками, голубые глаза, сама маленькая. Какая там Ларина?
В общем, меня на эту роль Митта не рассматривал. Ну, хорошая девочка, помогает, спасибо. А мне было не сложно, я на студии чувствовала себя как рыба в воде … Там и уроки делала. А проголодаюсь – залезу к Митте в сумку и схвачу бутерброд, который ему жена приготовила. Одним словом – свой человек! И вот как-то ночью, устав от бесконечных проб
С ЕФРЕМОВЫМ, ТАБАКОВЫМ И АБДУЛОВЫМ
девочек, которые ему все казались зажатыми и бестолковыми, Митта по думал: « А чего я ищу? Такой человечек рядом: исполнительная, красивая, талантливая, влюбленная во все. Не буду больше искать ».
По договору я, как ребенок, могла работать не больше четырех часов. Но дедушке-то нужно было находиться на площадке постоянно, и я ездила на съемки с ним. И в итоге работала неограниченное количество времени. Мы с дедушкой приезжали раньше всех, уезжали последними. В машине я засыпала, и водитель доносил меня, спящую, до квартиры. Мама готовила горячую ванну, там я приходила в себя. Потом мама сушила мне волосы феном, кормила, одевала и по темноте отправляла на улицу, за квартал-два, где жили педагоги. И я занималась русским, арифметикой. Дело было зимой, мороз стоял 28-градусный. Иногда я шла домой и плакала. Но маме слез не показывала.
– При этом у вас не пропало желание сниматься в кино?
– Не пропало … Потом была « Снеж ная королева ». Основные съемки проходили в Ленинграде и в Ужго роде – вдалеке от родителей. За год я увидела их дважды. В той экспе-
– Я экстерном окончила 9-й и 10-й классы и сдала экзамены в Школу-студию МХАТ. Но чтобы стать студенткой, нужно было иметь паспорт. С лета до начала сентября я врала, что принесу его. 1 сентября ко мне подошел ректор Вениамин Захарович Радомысленский и сказал: « Лена, уже нужен паспорт!». Я говорю: « Завтра – обязательно, обещаю ». 2 сентября у меня как раз день рождения, мне исполнялось шестнадцать … И снова со мной никто не дружил на курсе, я была самой маленькой. Общалась только со Светой Крючковой. Думаю, остальные завидовали.
Я успела побывать не только лучшей актрисой года, фильм « Звонят, откройте дверь », в котором я играла, уже получил множество премий, в том числе и Гран-при « Лев Святого Марка » на Венецианском фестивале. Педагоги, когда им казалось, что я слишком быстро готовлю этюды, ворчали: « Киношница, готова она уже! Надо подумать над ролью! Это тебе не кино ». Но у меня все в жизни получалось быстро, не только этюды. На втором курсе я родила дочку. На третьем Ефремов пригласил меня на главную роль Машеньки в « Кремлевские куранты » во МХАТ. Олег и потом занимал меня во всех своих работах, у меня выходило по 20— 25 спектаклей в месяц. И когда я решила отказаться от роли в « Кремлевских курантах », он сказал: « Ну-ка, идем в кабинет. Ты чего там?» – « Олег, ну невозможно уже эту тягомотину столько лет играть. Никому не интересно! Ходят по билетам по распределению ». – « Лена, что ты рассказываешь! Я сейчас был на приеме у Фурцевой. Боже мой, что меня заставляют делать! Но мы в такое время живем, потерпи, я тебя прошу ».
Отношения у нас были очень доверительные. Когда у меня случались личные драмы, Олег находил для меня время, чтобы поддержать и утешить. Потом, когда произошла трагедия( Елена потеряла новорожденных близнецов), он не дал мне погрузиться в горе с головой, вытащил в театр. Предложил играть в « Тартюфе » и во многих других спектаклях, загрузил по полной. И подавалось это так, будто помощь нужна не мне, а ему: « Лена, выручай!» У Олега самого часто опускались руки, и он орал: « Все к черту, бросаю! Ухожу! Не могу! Достали, уроды …». Ругал всех сильно. Его жизнь – бесконечное одиночество бесконечно талантливого человека. Редко кто мог выдержать его уходы в запой, в прострацию. А Ефремов по-другому расслабляться не умел. Бывало, в этом состоянии звонил: « Ленк, я приеду, приготовь мне твоего грибного супу. А то мне совсем погано ». И я делала для него фирменный грибной суп с сушеными помидорами.
– Вы говорите, Ефремов был одинок. А как же бесконечное количество женщин, с которыми были романы?
– Он сам тяготился таким количеством. Жаловался: « Лена, я же их всех должен теперь обслуживать. А куда я их дену? Они приходят и просят роли. А я что, не мужик? Я обязан ». Трогательный был. И сколько бы рядом с ним ни было женщин, которые вроде бы служили ему, поклонялись, он выглядел неухоженным, ходил в странных мя-
52
7( 155) июль 2016 www. russiantown. com