Журнал Andy Warhol's Interview Россия Interview № 5 | Page 83

83
КАДРЫ ИЗ ФИЛЬМА АЛЕХАНДРО ХОДОРОВСКОГО «СВЯЩЕННАЯ ГОРА», 1973.
«ЭРИКА БАДУ пригласила МЕНЯ НА СВОЙ концерт В ПАРИЖЕ и сказала
СО СЦЕНЫ: «Я ВОСХИЩАЮСЬ ТОЛЬКО ДВУМЯ великими ХУДОЖНИКАМИ —
Майклом ДЖЕКСОНОМ и ХОДОРОВСКИМ». Я БЫЛ счастлив».
вселенной, энергия движет и мной, за-
ставляя взглянуть внутрь себя и нахо-
дить собственное творческое начало.
живу среди книг и кино,
каждый день смотрю по
одному-два фильма. Я ве рю
в то, что искусство — это
преемственность, перетека-
ние из одного произведения в другое. Ни-
что не проходит бесследно. Когда видишь
пейзаж Сезанна, ты уже понимаешь, что
привело к абстрактному искусству.
Если честно, мой любимый худож-
ник — моя жена Паскаль. В ее работах
вы никогда не увидите ничего аффек-
тированного или лживого. Ведь в чем
смысл искусства? Достичь ничем не за-
мутненной правды. Я всегда убираю из
своих фильмов классический трехчаст-
ный сюжет, потому что он одинаков
во всех картинах. В первой части героя
уговаривают сражаться, но он не хочет.
Вторая часть — самая длинная — соб-
ственно кризис героя и его борьба.
И в финале развязка, ког да какой-нибудь
Супермен сражается с криптонитом
и неизбежно побеждает, потеряв люби-
мую или друга. Я все это убираю из своих
фильмов сразу. Молодежь сейчас на-
столько же хорошо знает кино, насколь-
ко плохо — жизнь. А я не хочу быть ра-
бом трехчастной структуры. Камера —
моя рабыня, и я ею снимаю что хочу, а не
наоборот.
БИЗЕНБАХ: В ваших фильмах у героев
даже нет теней.
Я
ХОДОРОВСКИЙ: Да, я как будто вы-
таскиваю тайну на свет и не даю ей
укрыться даже в собственной тени.
В моих фильмах нет тьмы и ночи, для
меня настоящее беспрерывно. Есть толь-
ко одно, общее для всех время, и мы жи-
вем в настоящем, при полном свете.
БИЗЕНБАХ: Если бы сейчас на нас
упал инопланетянин, как бы вы ему объ-
яснили смысл своего фильма «Крот»?
ХОДОРОВСКИЙ (смеется): Ну вот,
смотрите, например, карты Таро. Я вы-
таскиваю Императора, и все, что мне го-
ворит эта карта, меняется изо дня в день.
Так же и с фильмами — они смотрятся
по-другому каждый раз. В этом и есть
смысл искусства — оно проекция вас.
Люди все время хотят обратить на себя
внимание. Но искусство не должно при-
зывать: «Иди ко мне». Оно как святой
монах. Ты сам должен его найти. «Иди
ко мне» и «Открой меня» — не одно и то
же, согласитесь?
БИЗЕНБАХ: Не поспоришь. Я знаю
многих режиссеров, которые не могут
смотреть собственные фильмы, потому
что знают их наизусть. После показа
«Священной горы» в МоМА ко мне подо-
шла Йоко Оно и сказала: «Спасибо огром-
ное. Я видела его в 1973-м, но сейчас он
производит совершенно иное впечатле-
ние. Все-таки Алехандро опередил свое
время». А я все хочу вас спросить: пекарь
вот печет хлеб, повар готовит обед, а что
является вашим «продуктом»?
ХОДОРОВСКИЙ: Я создаю сознание.
Оно мой продукт.
БИЗЕНБАХ: Это выражается в филь-
мах или в гадании на картах Таро?
ХОДОРОВСКИЙ: Это моя душа. Мой
продукт — это я сам.
БИЗЕНБАХ: А вы собираетесь еще
снимать?
ХОДОРОВСКИЙ: Да, я хочу сделать
фильм «Танец реальности» о своем дет-
стве, моей внутренней жизни, магии
и мечтах. Мне грустно об этом говорить,
но я в том возрасте, когда уже пора подво-
дить итоги. Потому что все мы смертны.
Только я умру счастливым.
БИЗЕНБАХ: Научите, как умереть
счастливым?
ХОДОРОВСКИЙ: Нужно отказаться
от своего эго и быть полным самой жиз-
ни. Если ты не любишь жизнь, ты умрешь
несчастным.
БИЗЕНБАХ: Кто из нынешних музы-
кантов вам нравится? Я слышал, что вы
фанат Эрики Баду, правда?
ХОДОРОВСКИЙ: Ну, скорее, это она
мой фанат. Я познакомился с ней, когда
она попросила у меня разрешения проци-
тировать «Священную гору» на ее посте-
ре. Эрика там оделась как чернокожая
героиня. Я, конечно, был не против. По-
том Баду пригласила меня на свой кон-
церт в Париже и сказала со сцены: «Я вос-
хищаюсь лишь двумя великими художни-
ками: Майклом Джексоном и Ходоров-
ским». Я был счастлив. Еще Мэрилин
Мэнсон хотел сняться в моем фильме,
Питер Гэбриел предлагал сотрудниче-
ство. Видимо, что-то в моих фильмах це-
пляет именно музыкантов.