Журнал Andy Warhol's Interview Россия Interview № 5 | Page 51

51
Я как раз распробовал егермейстер, и мы
пили его без остановки, типа: «Так, дет-
ка, бухаем, пока не лопнем». И тут при-
ходит Дэмиен и говорит: «Кончай с этим,
нам пора». В результате я делал по оста-
новке в каждом окрестном пабе, пока мы
не добрались до места. А там меня уже
ждали мольберты, холсты, художествен-
ные материалы, кисти. И аптечка первой
помощи.
НАОМИ: Когда я первый раз оказа-
лась в реабилитации, я была просто обе-
скуражена: никто за тобой не ухаживает,
ты все делаешь сам!
РОННИ: Помню, как в местной пра-
чечной мне пришлось спросить: «Как вы,
черт побери, этим пользуетесь? Сколько
добавить порошка?» Хотя я так и не стал
стирать сам.
НАОМИ: Это и правда смешной опыт:
например, я знала, что нельзя мешать бе-
лые вещи с цветными, но не была увере-
на, какая нужна температура.
РОННИ: Настоящий вызов, да? (Оба
смеются.) Зато после такого ты можешь
справиться с чем угодно.
Н
е важно, какая задача
будет перед тобой стоять, просто гово-
ришь себе: «Ты это преодолеешь». Такая
вот маленькая мантра.
НАОМИ: Вспомнишь самый нелепый
слух о себе?
РОННИ: Что я крашу волосы.
НАОМИ: Но они натуральные.
РОННИ: Да, если бы я красил их, они
выглядели бы совсем по-другому — это
же видно невооруженным глазом. Лю ди
про сто психи.
НАОМИ: Ты ведь до сих пор сам стри-
жешься?
РОННИ: Да.
НАОМИ: К сведению дорогих читате-
лей: сейчас я смотрю на волосы Ронни,
и они абсолютно натуральные.
РОННИ: И она их трогает. (Смеются.)
НАОМИ: Ты всегда был душой компа-
нии, человеком, при появлении которого
все озаряется. Эта роль вечного весельча-
ка не выматывает?
РОННИ: Ну, сейчас все немного по-
другому, размеренней, что ли. Раньше
это выглядело так: «Да-да-да, сейчас
придет Ронни, и вы будете хохотать
до упаду». А я такой: «Конечно, сейчас
пропущу еще один бокальчик и отымею
вас всех». Теперь я выработал свой соб-
ственный ритм, живу с ним в гармонии —
и доволен.
Знаешь, когда я расходился со своей
предыдущей женой, я ушел в чем был.
Позже, правда, забрал свое пианино, би-
льярдный стол и несколько картин. Но
даже если бы я остался без них, это бы
меня не заботило. А сейчас у меня новая
любовь, Салли, так что я живу с самой
прекрасной девушкой на свете — и вот
оно, счастье, такая простая штука.
НАОМИ: Не думала, что у тебя, как
у кота, девять жизней.
РОННИ: А то! Помнится, однажды
в Вашингтоне мы с Родом Стюартом
сели в железнодорожный поезд, и Род
говорит: «Давай заведем его». Мы добра-
лись до котельной и толком ничего не
успели сделать, как эта штуковина уже
покатилась вниз с горы. Когда поезд стал
набирать обороты, я только успел поду-
мать: «Вот, блин, попали», пока мы вы-
прыгивали из поезда. А он покатился
дальше, бог знает куда, я так и не выяснил
это. Спроси у Рода при встрече, может, он
в курсе.
НАОМИ: Когда ты поменял имя Рон
на Ронни?
РОННИ: Хороший вопрос. Я очень лю-
бил американскую певицу Ронни Спек-
тор и подумал, что могу назваться на
ее манер, потому что Рон или Рональд —
не слишком рок-н-ролльно.
НАОМИ: Известно, что Кит Ричардс
в отелях обматывает светильники шар-
фами, чтобы почувствовать себя дома.
А у тебя есть такие заморочки?
РОННИ: В Ките, на самом деле, про-
падает талант дизайнера, он вечно что-
нибудь придумывает, окружает себя эти-
ми скрещенными костями. Что же до
меня, то вообще я вечно что-то выиски-
ваю. И если кто-нибудь из читателей
вдруг увидит меня с причудливой штуко-
виной под мышкой — пусть не удивля-
ется. Оставь меня одного в номере оте-
ля — и спустя сутки в нем будет пол-
ный бардак.
НАОМИ: Знаю, ты собираешь винил?
РОННИ: Раньше собирал. У меня
в Ирландии есть джукбокс — и там мож-
но поставить того же Стиви Уандера, не
врубая звук. То есть музыка слышна
даже без включенной аппаратуры: «джу-
джу-джу!» А еще винил — это шикарные
обложки. Компакт-диски, а тем более
его сына — специальный акустический
сет. Сказал мне: «Сыграешь, я за это от-
дам тебе одну из своих работ». Когда же
я замямлил, что вообще-то на это уходит
много сил и времени, он ответил: «О’кей,
тогда отдам две».
НАОМИ: Что висит у тебя в спальне?
РОННИ: Только портрет Салли. А на
полу ковер с изображением филина. Обо-
жаю их.
НАОМИ: Правда ведь, есть в них что-
то мистическое?
РОННИ: Да, и летают они абсолютно
бесшумно!
НАОМИ: Иногда я нахожу в людях
черты какого-нибудь животного.
РОННИ: Я тоже. У меня в спальне ви-
сит фраза, сила которой поддерживала
меня все эти годы: «With gratitude I hand
my will and my life over to the loving care of
my higher power» («С благодарностью
я вверяю свою волю и жизнь заботе выс-
ших сил». — Interview).
НАОМИ: Аминь.
РОННИ: Не надо ничего анализиро-
вать, просто переступи через себя — и все
само произойдет.
НАОМИ: Есть такой алкогольный на-
питок, который тебе не стоило пробовать
в жизни?
РОННИ: Первый! Нет. Сейчас Кит
сказал бы, что это самбука. Я ее тоже
в свое время пил как воду.
НАОМИ: Если бы тебе предложили
повернуть время вспять и играть в лю-
бой группе на земле, какую бы ты вы-
брал?
РОННИ: Я хотел играть в The Rolling
Stones с тех пор, как учился в школе.
И потом мечта пришла ко мне навстре-
чу. Я оказался в нужное время в нуж-
ном месте — и после всех перипетий я все
равно с ними. Давным-давно, еще до
того, как я попал в группу, Мадди Уотерс
сказал мне, что я играю как настоящий
роллинг. А я ему говорю: «Подожди, ты
меня еще с ними увидишь». В следую-
щий его приезд в Лондон мы встре-
«ТАЛАНТЫ появляются ИЗ НИОТКУДА. МЫ не ЗНАЕМ,
КАК И КОГДА ЭТО произойдет. НО ЕСЛИ В НИХ
чувствуется НЕОБХОДИМОСТЬ, они ПОЯВЯТСЯ».
mp3-файлы в этом смысле пластинкам
и в подметки не годятся. К сожалению,
со временем я их растерял. Постоянно
кто-нибудь просит одолжить пластинку,
а ты потом спохватываешься: «И ку-
да она могла запропаститься? А, ладно,
придется смириться».
НАОМИ: Картины не коллекциони-
руешь?
РОННИ: Я собираю ирландского ху-
дожника Уильяма Орпена, есть несколь-
ко работ Жоржа Брака. Есть гравюры
Пикассо.
НАОМИ: А херстовских нет?
РОННИ: Кстати, он мне задолжал па-
рочку! Я-то подарил ему свои. А еще он
хочет, чтобы я выступил на дне рождения
тились, и я уже выступал с Джаггером
и компанией.
НАОМИ: Другими словами, ты нага-
дал себе будущее? Мечты сбылись?
РОННИ: Выходит, что так.
НАОМИ: Рок-н-ролл все так же важен
для тебя?
РОННИ: Да, только я больше обраща-
юсь к корням. Слушаю Чака Берри и про-
чих классиков, исполняю старые добрые
рок-стандарты. Эта музыка так хороша!
Вот с чего должна начинать сегодняшняя
молодежь — и только потом искать свой
собственный звук.
НАОМИ: А что, рок-звезды — вымира-
ющий вид?
РОННИ: По большому счету, да.