Журнал Andy Warhol's Interview Россия Interview № 1 | Page 180
180/
АВТОРИТЕТ
М
ы встречаемся с Бобом
солнечным осенним утром в нью-
йоркской Steven Kasher Gallery в Челси,
на 23-й улице. Колачелло поражает сво-
им живым и ярким взглядом, феноме-
нальной памятью и безупречной (манже-
ты сорочки выглядывают ровно на те
обязательные полтора-два сантиметра)
элегантностью, столь не свойственной
журналистам и писателям.
АЛЕНА: Боб, как бы Энди Уорхол от-
несся к идее запустить журнал Interview
в России и Германии?
БОБ: Отлично бы отнесся, мне кажет-
ся. Во-первых, в Германии его всегда лю-
били. Во-вторых, он родился в Восточной
Словакии, так что русские ему не чужие.
Ну и в-третьих, он никогда не отказывал-
ся подзаработать. Он же придумал выра-
жение «бизнес — это искусство».
АЛЕНА: Из вашей книги Holy Terror
ясно, что в работе и быту Энди был, мяг-
ко говоря, неприятным персонажем.
И почему люди молча терпели, когда он
с ними так плохо, некрасиво обращался?
БОБ: Я потому и написал книгу, что
хотел разобраться в своем отношении
к Энди. Его как бы было двое: «хоро-
ший» Энди и «плохой». Все работавшие
у Уорхола были ему благодарны за шанс,
который он им давал. В то время 20-лет-
нему парню устроиться на работу было
очень нелегко. Я пришел в журнал в 22,
еще только закончил учебу. Фред Хьюз
стал президентом нашей компании, ког-
да ему едва исполнилось 25 лет, бухгалте-
ру шел 21 год, монтажеру Джею Джонсо-
ну — 20. Энди дал нам интересную рабо-
ту, платил зарплату, а еще открыл новый
мир, где можно было встретить самых
влиятельных людей.
У Энди была неприятная манера хва-
лить человека не за хорошо сделанную ра-
боту, а за какую-нибудь ерунду. Напри-
мер, мне он говорил: «Тебя любят женщи-
ны, Боб» или «У тебя неплохо получается
продавать искусство». Но я не арт-дилер,
я журналист. Впрочем, мне пришлось
продавать искусство — зарплата была ма-
ленькой, а за каждый добытый заказ
на портрет Энди отдавал мне 20 %. В ка-
кой-то момент я поймал себя на том, что
занимаюсь чем угодно, только не журна-
листикой: продаю рекламные полосы, пе-
чатаю, распространяю и пиарю журнал.
Всего было так много, что я перестал по-
лучать удовольствие от работы. И когда
я нашел инвестора на условиях, что стану
совладельцем журнала, Энди ужасно на-
прягся и сказал: «Ты вообще что там
о себе думаешь? Налетался с богачами
на их частных самолетах и решил, что ты
один из них?» Я ему тогда ответил, что
это именно те богачи, которым я продаю
его портреты. Мне было уже 35 лет, и, по-
няв, что никаких перспектив мне тут
не светит, я решил уйти.
АЛЕНА: Но вы же сами не раз говори-
ли, что Уорхол — гений!
БОБ: Конечно, не отрицаю! И гении —
а мне повезло знать нескольких достаточ-
но близко — привыкли брать у окружаю-
щих все и выбрасывать их, когда брать
уже просто нечего. Трудно осознавать
в 35, что все твои идеи и талант присвое-
ны другим человеком только потому, что
он более известен и может себе это позво-
лить. Я писал за Энди книги, мои задум-
ки бесплатно использовались в рекламе...
Если бы я все это делал на стороне, я бы
заработал кучу денег. Но я никогда не ис-
пытывал ненавис ти к Энди. Скорее мои