108 ВЕКТОР ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКИ
мировании и соперничестве двух первых школ позитивного правоведения— философской( или историко-философской) и исторической. По нашему мнению, « моментом истины » для становления и выявления потенциала этих школ стала известная дискуссия между ними в 1814 г.( так называемые « кодификационные дебаты »), хронологические рамки которой на самом деле шире( по крайней мере 1810— 1817 гг.), вокруг вопроса о пути развития немецкого права после освобождения немецких государств от французской оккупации. Дискуссию начал Фейербах, но наибольшее влияние на развитие юридической науки произвели трактаты Тибо и Савиньи.
Фейербах(« Взгляд на немецкое правоведение », 1810 г.) не считал существование правоведения как такового всемирным явлением, указывал на другие, ненаучные способы организации юридических знаний в Англии и Франции, на причины, вызывающие потребность в конституировании юридической науки в немецких государствах( большой объем законодательства, разнообразие и взаимная противоречивость источников права, в том числе источников иностранного происхождения). Задачей юридической науки является упрощение и систематизация права, но так называемая « практическая юриспруденция », которая исходит из знания лишь одного( своего) правопорядка, не является научной 47. Еще хуже строить теорию на основе права правопорядка прошлого— римского права, ведь оно совсем не связано с потребностями общества. Позитивная правовая наука, по мнению Фейербаха, должна быть обобщением( прежде всего на основе сравнения) позитивного права и практики его применения в различных правопорядках мира, а не спекулятивным продуцированием идей 48.
Фейербах осуждал традиционную и кантовскую метафизическую философию естественного права— « непрочное плетение понятий, которое ни проливает свет на новые истины, ни закрепляет старые », искажает и ограничивает историческое позитивное достояние, всегда остается оторванной от позитивного права. Он отдавал должное « так называемому естественному праву » за различение морали и права, создание « метафизически-правовых понятий », но в то же время указывал, что такая понятийная система однобока и « неудачна в применении », ведь является спекулятивной, оторванной от реальных потребностей человека. Фейербах отмечал, что практический разум не охватывает правовые законы, не может быть права вне позитивного права и его применения 49.
Как отмечал К. Клетцер, Савиньи считал всю имеющуюся философию права подвидом теории естественного права, а потому— пустой тратой времени 50. В его ви́ дении, изложенном в работе « О призвании нашего времени к законодательству и юриспруденции »( 1814 г.), право имеет исключительно позитивный,
47
Фейєрбах П. Й. А. фон. Погляд на німецьке правознавство / пер. з фр. О. А. Шаблій за ред. О. В. Кресіна // Порівняльно-правові дослідження. 2011. № 2. С. 10— 11.
48
Там же. С. 10— 12, 14, 19.
49
Там же. С. 13, 16— 17.
50
Kletzer C. Custom and Positivity: an Examination of the philosophic Ground of the Hegel- Savigny Controversy // The Nature of Customary Law: Philsophical, Historical and Legal Perspectives / ed. by A. Perreau-Saussine, J. Murphy. Cambridge: Cambridge University Press, 2007. Р. 3.
4 / 2017