Виски – напиток осознанного настроения
Борзенков: Виски, конечно, напиток менее подвижный, менее мобильный, чем вино, шампанское или аналоги, а в солидности лишь чуть уступает коньяку. Эта солидность как бы запрограммирована и нормативами изготовления – минимум три года выдержки.
Киселев: Виски и коньяки неторопливы, неспешны. При этом виски более искренний напиток. При коньяке, смакуя, можно обдумывать следующее слово, в этом смысле виски – более спонтанный напиток. Ирландцы и шотландцы – их характер. Впрочем, « легкомысленные » французы тоже распробовали виски. Во Франции виски продается много больше коньяка.
Крашенинников: Те же шотландцы, когда речь шла о проведении референдума о самостоятельности Шотландии, четко просчитали, как это скажется на вхождении в ЕС и глобальный рынок, в том числе с виски. И, кстати, шотландцы по поводу БРЕКСИТ тоже сильно переживают как раз из‐за того, что преференции для шотландских вискоделов в Евросоюзе могут быть утрачены. Так что все взвешенно.
Киселев: Впрочем, у нас аналогично. Сказал: « Я пошел пить пиво » – и имеешь подозрения. Сказал: « Я пошел пить виски » – и ты уже джентльмен.
Виски как бренд
Борзенков: Виски – продукт совсем не терруарный, его можно делать практически в любой стране, если постараться. Пример тому США, Канада, Япония. Вы не поверите, но в слепой дегустации последние три года побеждает виски из Сингапура. Вон он стоит на полке.
Белоусов: Пусть и не терруарный, но все одно ассоциация при упоминании виски идет однозначно с Шотландией и Ирландией. С Шотландией в большей степени. Возможно, что это только в России. Кстати, мы все понимаем, что бурбон – это не совсем виски.
Киселев: Спор о первородстве между Шотландией и Ирландией давний, нашедший отражение и в лингвистике. Шотландский вариант написания – whisky, в других странах – whiskey. Можно вспомнить споры и о том, кто первый изобрел: ирландцы или шотландцы. Люди за бренд сражаются. За виски, кстати, закрепилось и еще одно слово – scotch(« скотч »), тогда как все
остальные товары, имеющие отношение к Шотландии, – scottish.
Крашенинников: Интересно. Вот смотрите, Шотландия – маленькая и довольно невзрачная страна, которую до романов Вальтера Скотта вообще мало кто различал. Но они берут какую‐то фишку – идолов, которых обнаружили под землей, надписи в пещерах, придумывают килты. И на мифах начинают строить не только национальную культуру, но и национальные бренды. Половина европейской культуры не имеет никакой доказательной базы, она построена на легендах и приукрашенных историях.
Киселев: Доказательная история как наука никому не интересна. История – это не science, это art. И пусть историки не обижаются.
Фамильный напиток семьи Ельцина, например, будет называться просто « Бутка » и станет любимым напитком всех либералов.
Борзенков: Если говорить об историях про виски. Есть небезызвестный бренд виски, у них в логотипе на орнаменте изображен камень из Хилтона – остаток древней шотландской цивилизации пиктов. В свое время основатель этой вискокурни ошибся и привез неправильные кубы для дистилляции, с самой длинной « лебединой шеей ». В них вообще‐то обычно делают джин. А потом, получив самый легкий в Шотландии виски, сделал вид, что так и надо. Марка процветает. Я советую начинать знакомство с напитком именно с этого бренда. А на этикетке уральского виски можно разместить Шигирского идола – он намного старше всех шотландских камней.
На этикетке уральского виски можно разместить Шигирского идола – он намного старше всех шотландских камней.
Уральский виски
Борзенков: Кстати, Шотландия – родина виски, а мы родина чего? Может ли Урал дать стране и миру что‐то, кроме чугуна и стали? Виски для шотландцев – не только национальная идентичность, но и огромный бизнес. И сельскохозяйственный, и туристический. Вот смотрите, люди сделали виски известным на весь мир. И это – тот самый продукт с высокой добавленной стоимостью, который наши экономисты ищут как рецепт спасения экономики.
Белоусов: Кстати, гонят виски в кубах из меди, а у нас тут под боком целая медная империя УГМК. Торф тоже под боком, прямо под Екатеринбургом. Ячменя и кукурузы в России вообще завались. Мы недавно чуть ли не на первое место в мире вышли по экспорту зерна. Почему никто не делает виски на Урале?
Киселев: Ну, не все так просто. В Шотландии торф особый, впитавший и морскую соль и другие элементы. Те же японцы, когда создавали вискокурни, специально закупали торф в Шотландии и везли к себе. Но ведь можно сыграть и на различиях и при брендировании уральского виски подчеркивать – сделан на уникальном уральском торфе из реликтовых лесов.
Белоусов: Да, уникальный Палкинский торфянник!