направо
Андрей Руденко, э к с- з а м е с т и т е л ь г е н е р а л ь н о г о д и р е к т о р а п о п р а в о в ы м в о п р о с а м компании « Мечел »
Остановить реки крови в суде можно, если каждый будет знать свои права и лазейки в законах. С почитателями « БЖ » сим тайным знанием делится адвокат Руденко.
уголовщина
Я вообще не любитель плохие новости сообщать. Но иногда приходится.
Недавно обратился ко мне человек. Назовем его Владимир. По довольно распространенной в стране схеме, по всем бумагам он числится как номинальный собственник бизнеса, хотя реально компанией владеет совершенно другой человек. Бизнес представляет собой торговую сеть, состоящую из нескольких юридических лиц. Условно говоря, три юрлица – и на каждом по паре магазинов. Наше законодательство позволяет не назначать директоров в каждом юридическом лице, а передавать данную функцию в управляющую компанию, которая будет для всех своего рода « директором ». Отчетность в налоговую инспекцию и фонды сдают через Интернет специально обученные люди. Денежными средствами на счете управляют тоже через Интернет. В реальности такой собственник понятия не имеет, что творится в принадлежащем ему юрлице.
Что происходит сейчас с этой торговой сетью? Система лежит на боку, и вотвот начнется процедура банкротства. Все это понимают, и Владимир понимает. В процессе общения выяснилось, что на управляемые им лица оформлены банковские кредиты. Он пришел ко мне на консультацию, так как опасался, что, как директор управляющей компании, будет нести гражданскую ответственность по долгам всех юридических лиц, которыми он опосредованно « руководил ». И тут наступило время сообщать плохие новости. Я постарался высказаться как можно мягче: « Гражданская ответственность – не самое страшное. Тебе, уважаемый, грозит уголовная статья ». – « Это почему?» – « Да потому что все юрлица, где ты выступал директором в лице управляющей компании, получали кредиты. Но банки не могут выдать кредит убыточной фирме. Скорее всего, от твоего имени предоставлялись в банк балансы, которые не соответствовали реальным обстоятельствам. Чаще всего в таких случаях, чтобы скрыть убыточность, показывают запас на складе, которого в действительности нет. Иначе кредиты бы никто не дал. А раз так, то лицо, подписывающее такие отчеты, несет ответственность не только гражданско-правовую по закону о банкротстве, но и уголовную. Умышленное искажение отчетности для цели получения кредита – это уже уголовщина. На два года я бы даже не рассчитывал – скорее всего, дадут больше ».
Знаю уже несколько таких историй, когда после введения процедуры банкротства уголовную ответственность несли люди, которые фактически были номинальными собственниками и даже номинальными директорами. Никаких решений они
не принимали, не имели отношения к бухгалтерской отчетности, жили в счастливом неведении о том, какие схемы за их подписью проворачивали реальные собственники.
Для людей, не сведущих в законах, подать на банкротство кажется самой выгодной схемой. Например, в одном
холдинге, в составе которого было несколько юридических лиц, решили банкротить лесопилку. И вот чудо – прокатило с лесопилкой. Из последствий – директора отстранили и всего‐то. Те еще наслушались юристов, которые наобещали светлое будущее, решили, что так можно и впредь, и стали банкротить еще одно предприятие. В результате директор получила два года реального срока, а собственник распродал после имущество и сейчас счастливо живет за пределами нашей родины. Для еще одного директора в другом холдинге результатом стало судебное решение и обязанность выплатить 28 миллионов рублей. Собственно, как и для Владимира, для них все это стало неожиданным поворотом, так как они ни сном ни духом не знали о том, что происходит в фирмах, ими возглавляемых. Люди получали зарплату, числились на директорских должностях, не считали нужным вникать в то, что происходит, ничего не решали и были уверены, что так теперь будет всегда. А по факту несли и уголовную, и гражданскую ответственность.
Владимиру, после того как сверил его ситуацию с моим опытом в подобных делах, я порекомендовал ликвидировать юридическое лицо. Но как только
он пришел с этим предложением к реальному собственнику, та ему сказала: « Разбираться не будем. На тебя навесим долгов. А подашь на банкротство, все равно не выкрутишься ». Он помучился и не нашел ничего лучшего, чем переоформить свою управляющую компанию на другого номинального собственника, которого подобрал реальный собственник. Конкретно для него это ничего не меняет, а для реального собственника все хорошо, и система, при которой он не несет никакой ответственности, продолжает работать в прежнем режиме.
Система участия подставных лиц, которая на сегодняшний день широко распространена в крупных и мелких холдингах, сводится к одному. Все риски вешаются на номинального собственника, не имеющего отношения ни к прибыли, ни к контролю юридического лица, которым он якобы руководит. Совет подставным: « Ребята, вы когда играете во взрослые игры, думайте о том, куда влезаете, и получайте представление о том, за что несете ответственность ».
С банками тоже история несложная. Менеджеру, с одной стороны, нужно выполнить план по раздаче кредитов. С другой – раздать их благонадежным клиентам. Совместить две задачи не всегда получается. Поэтому они закрывают глаза, когда им приносят бумажки из « креативной бухгалтерии », главное – чтобы все отвечало требованиям для получения кредита. Глубоко никто не копает. Да и зачем, если ответственность в случае чего понесет один-единственный человек – номинальный собственник.
Советы давать – дело неблагодарное. Но я – за обоснованность рисков. Если уж вы рискуете свободой и деньгами, тогда стоит заранее подумать о том, как в случае чего выбираться из‐под обломков. стр. 58