увлечение | жизнь был не турнир, это был спектакль « Вий » – поднимите мне веки. Лучшие соревнования моей жизни, мандраж равен нулю! Поднял вес, повернулся, ушел спать.
Личный рекорд в зале у меня 60 подъемов. 51 – мастер спорта, 59 – мастер спорта международного класса.
Казалось бы, что такое разница в один-два подъема? Со стороны кажется: как это ты не поднял еще разок? В « Ну, погоди!» есть момент про поднятие тяжестей, там бабочка на штангу садится, и это решает все – так вот, это не мультик, я теперь знаю: это документальный фильм. На последних повторениях идет такое закисление организма, что каждая пылинка ощущается. Со штангой 50 кг идешь на 70 раз, сделал 69 и буквально не знаешь, чем дожать 70‐й.
Но я принципиально ничего не буду делать через боль. « No pain – no gain » – это ни разу не мое. Полностью восстанавливаться после тренировки, полноценный отдых себе организовать очень важно. В нашем кружке группового жима штанги, как мы себя иногда называем, всем за 40, много времени надо на восстановление, две тренировки в неделю по 2,5‐3 часа – вот у меня семь лет такой жизни. Братство силовиков теплое, даже те, кто не занимается уже вместе, приходят на соревнования, поддерживают отношения.
Во всех значимых турнирах участвуем, два-три раза в год. Подход к пику формы – цикл в 6‐12 недель в зависимости от состояния. Но еще один мой принцип – никакого допинга. Не вопрос честности – вопрос здоровья. Никого не осуждаю, спорт такой – показать человеческие пределы, вышагнуть за грань возможного. Но это лучше без меня.
Старые друзья меня одно время просто не узнавали. Аура изменилась. Изменения не сразу были заметны, был неприятный люфт, когда я внутри уже спортсмен, а снаружи еще не очень. Тут были и всякие подколки и вопросы типа « на фиг тебе это надо », много иронии от неожиданности. Потом результаты моих занятий стали очевидны, и вопросы прекратились. Мне надо, потому что все это очень мужское. Вообще, поднятие тяжестей – это что‐то такое исконное, древнее, это великий олимпийский спорт. Это мощная психологическая разгрузка, сам этот символ, образ – ты можешь быть завален проблемами, но способен их поднять. Ты остался один на один с этой железной дурой и сделал ее. Мне надо, у меня маленькие дети. И я не хочу быть в их глазах развалиной на фоне молодых отцов. Мужчина должен быть сильным, образ папы-силача для девочек важен. Дело не в рельефе, не во внешнем эффекте. Внешность вообще не вопрос, любая внешность перестает замечаться у мужчины через два месяца, вот жадность и глупость – это проблемы, да. А силовики, как правило, с пузиками – им нужна « дополнительная помпа ». Хороший спорт для мужика: кушать можно, пить можно, отдыхать – так просто нужно! Есть и маленькие хитрости, безобидные – между контрольным взвешиванием и соревнованиями есть день, и там уж кто сколько успел наесть. Сколько накусаешь – столько молодец. Тут линейная корреляция: чем больше вес, тем легче делать жим – люди даже пиво пьют перед соревнованиями, виноградный сок, чтоб воду задержать в организме.
Я недавно написал про своего тренера в соцсетях: « Это крутой тренер, раз смог из такого материала, как я, сделать мастера!» Слышали бы вы, как он меня нахваливает на тренировках: « Ну какой же ты, Саша, красавец – ручки коротенькие, ножки коротенькие!», ходит вокруг и приговаривает. Это, между прочим, для лифтера и правда удачное телосложение.
Всего я участвовал в 10 крупных турнирах. Выводы сделал такие: заранее нужно узнавать все, что можно: уровень судейства, насколько строги, сколько участников, и ничего нельзя менять в последний момент – как готовился, так и делаешь. Мне это подходит, я даже перед экзаменами в универе никогда не читал ничего напоследок – что выучил до экзамена, то и знаешь наверняка.
Больше всего мне нравится, что это честный спорт. Либо сделал, либо нет. Зависимость возникает скорее психологическая. Бывает, видеть эту штангу не можешь, просто вон из зала от нее. А порой смотришь на нее и чувствуешь – ух, сейчас я тебя, дорогая, прямо узлом завяжу!
На одном из соревнований вместе с тренером.
стр. 57