АПОКРИФ-97: 11.2015 (H5.1 e.n.)
мневаюсь, что имеет смысл упоминать знаменитых курицу с яйцом в их споре по по-
воду первенства применительно к обществу и личности.
Впрочем, представим даже, что «Я» действительно является продуктом соци-
альной практики. Однажды моя бывшая жена мне сказала, что я ей внешне напоми-
наю Бенджамина Франклина (это же насколько нужно ненавидеть человека, с кото-
рым собираешься прожить всю жизнь, чтобы сравнивать его с собачьей мордой,
изображённой на сотне долларов — неудивительно, что жена всё-таки бывшая). Если
абстрагироваться от моих комплексов, связанных с собственным внешним видом,
любопытно задать себе вопрос: действительно, как могло бы измениться моё «Я»,
если бы я — Георгий Константинович Тишинский — родился, скажем, в Эпоху Про-
свещения в Бостоне (Новая Англия) в семье Франклина-старшего? Неужели я бы по-
вторил его жизненный путь, будучи поставленным в те же условия? Неужели мы пол-
ностью обусловлены обществом и эпохой, как пишет тот самый Михайлов? (Бибихи-
на не упоминаю, потому что в его книге все мысли чужие.) Хочется верить, что нет.
Иначе все мы были бы совершенно одинаковыми болванками, на которых время пи-
шет любые имена, словно пражский раввин на челе Голема. Иногда, впрочем, разве
не чувствует каждый из нас себя именно таковым — глиняной пустой внешней фор-
мой, лишённой «Я»? У меня бывают такие ощущения. Где же в такие моменты моя
душа? Где же «Я»? Прекрасны слова Вячеслава Иванова:
Жизнь — истома и метанье,
Жизнь — витанье
Тени бедной
Над плитой забытых рун;
В глубине ночных лагун
Отблеск бледный,
Трепетанье
Бликов белых,
Струйных лун;
Жизнь — полночное роптанье,
Жизнь — шептанье
Онемелых, чутких струн...
Погребённого восстанье
Кто содеет
Ясным зовом?
Кто владеет
Властным словом?
Где я? где я?
По себе я
Возалкал!
Я — на дне своих зеркал.
Я — пред ликом чародея
Ряд встающих двойников,
Бег предлунных облаков...
47