АПОКРИФ-95: 16-30.09.2015( F / G5.1 e. n.)
Подобные происшествия, в конечном итоге, привели к тому, что лаборатории и мастерские снова начали закрывать в отсутствие взрослых. Но некоторые ребята очень остро восприняли подобные лишения и в истинно сэндерсоновском стиле приступили к интенсивному исследованию замков на дверях библиотеки( еще одной личной гордости Сэндерсона) и мастерских. Мы так увлеклись, что сделали отмычки для всего Аундла, не только для лабораторий, но и для помещений ограниченного доступа. В течение нескольких недель мы пользовались лабораториями и мастерскими в привычном режиме, но теперь уже соблюдая меры предосторожности и обходясь очень бережно с дорогим оборудованием, чтобы не выдать наших визитов. Казалось, что директор ничего не замечал— он обладал огромным талантом притворной слепоты,— до дня торжественного собрания, посвящённого концу учебного года, когда мы были поражены, услышав, как он, сияя, рассказывал нашим родителям обо всей нашей деятельности. « И что, вы думаете, мои ребята делали все это время?»
Ненависть Сэндерсона к любым закрытым дверям, которые могут встать между мальчишкой и неким полезным энтузиазмом, служила символом всего его отношения к образованию. Один мальчик был настолько увлечён своим проектом, что сбегал из спальни в два часа ночи в библиотеку( конечно, проникнув незаконным путём) и читал там. Директор поймал его там, и на мальчика обрушился весь его внушающий ужас гнев за такое нарушение дисциплины( он был знаменит своим нравом, и одним из его принципов было: наказывай, только будучи в гневе). Как рассказывает сам мальчик:
Гнев минул. « И что вы читаете, мой мальчик, в этот час?». Я сказал ему, что для работы, которая так захватила меня, не хватало времени днём. Да-да. Он это понимал. Он просмотрел заметки, которые я делал, и это заставило его ум собраться. Он сел рядом со мной, чтобы их прочесть. Они касались развития металлургических процессов, и он начал говорить со мной о научных открытиях и их ценности, о непрекращающейся тяге человека к знаниям и силе, о значимости этого желания знать и творить и о нашей роли в этом процессе. Мы проговорили почти час, сидя в этой все ещё темной комнате. Это был один из величайших и значимых для меня часов в моей жизни... « Возвращайся в постель, мой мальчик. Мы должны найти немного времени для этого днём ».
Я не знаю, как вас, но меня эта история тронула до слёз. Далёкая от зависти, порождённой конкуренцией за баллы в сводных таблицах, и потаканий честолюбцам. Больше всего Сэндерсон уделял внимание « средним » и особенно « бестолковым » мальчикам. Он бы никогда не признал этого слова: если мальчику скучно, значит, его принуждают двигаться в неправильном направлении, и он бы проводил бесконечные
179