АПОКРИФ-77: 06.2014( C5.0 e. n.)
Александр Мурашов, к. ф. н. 1 Сокрушение архонтов:
Алина Витухновская
Мысля нечто, совершая некий поступок, вынося некое суждение, человек декларирует себя субъектом этого мышления, этого полагания чего-то чем-то, субъектом суждения о чём-то морального и эстетического, субъектом поступка. Сразу понятно, что декларация ещё не конструирует человека в качестве субъекта, ведь люди выносят автоматические моральные и эстетические суждения, подсказанные властью расхожих мнений или мнимой рациональности, так называемого здравого смысла. Субъектность нужно произвести. А сколько ни говори « сто рублей », в кармане они не появятся.
Точно так же и быть субъектом своих поступков— это привилегия немногих, как правило. Быть субъектом своего поступка означает принимать совершённый поступок на себя, признавать себя произвольным деятелем, свободным делателем этого поступка. А значит, не оправдывать поступок ни его соответствием принятым моделям, ни его разумностью, очевидной для других, ни его вынужденностью, утверждать возможность того, что поступок мог бы быть другим, и настаивать непреклонно на том, что свободная, личная воля— источник, хотя бы и не единственный, данного поступка.
И тут мы упираемся в дилемму махрового биологического детерминизма и свободы... У человека есть потребности, « любовь и голод », как заявлял поначалу Фрейд, потребности, неустранимые от того, что тело включено в биологические ритмы, в « металлические истины » обусловленности. Одновременно оно, однако, включено и в жизнь политическую— жизнь полиса, социума, жизнь социальную. Но как политическое тело, как « Я », тело человека уже не ограничивается первичными потребностями. Оно нуждается в субъектности, в осознанном произволе сверхбиологического « я », в самообусловленном, самочинном праве быть субъектом права. Иначе человека социального из человеческого тела не получается, а имеются всё те же потребности, которым вынуждено служить « Я » просто для того, чтобы телесная жизнь продолжалась. И такое « я » будет всегда объектом, « вещью-себя », малодушно подчиняя потенциальный произвол рабству.
Человек в рабстве у биологического, животного бытия— первый, черновой каркас предлагаемой нами мысли, очерк схемы. Но полнота рисунка и колорит придаётся тем, что и формы удовлетворения потребностей, и формы конструирования себя как одного из многих, pola, составляющих данный полис, детерминированы и регламентированы теми, кому принадлежит в этом полисе власть, упорядочивающее начало, архэ, задающее чин вещам.
Средства производства субъектности находятся в чужих руках, а значит, и субъектность овеществляется, отчуждаясь от « Я ».
1 http:// gongora2005. livejournal. com / 89947. html
191