100
Наука
Другой рассказ, слишком длинный, также повествует о подобном еретике: мужик проходил ночью дорогой мимо погоста, где его стал преследовать такой « еретик », мужик кричал ему— мол, кто ты, и чего надо,— а тот лишь клацал превеликими зубами. Отвратительный вид, гнилой запах, огромные зубы, иногда тремя аж рядами, которыми сокрушают всё встречающееся, прогрызают даже дыры в дверях, и немота или невнятное бормотание— отличительные черты этих существ. Хотя в преданиях другие неупокойные мертвецы, вполне человеческого вида, хоть, правда, и мертвецкого, и свободно разговаривают, и про зубы ничего особенного не говорится. Значит, это отдельный вид наиболее страшной и злой нежити. Так кто же эти « еретики » из преданий, и как они соотносятся— а это явно идентичные существа— с существами из рассказов ужасов и цитатой Некрономикона?
Про этих чудовищных существ из могилы, « еретиков », или « еретников », говорится, что ими становятся только умершие наиболее тёмные колдуны и ведьмы.
Поэтому в тех же этнографических источниках, русских или западных, как и в писаниях инквизиторов, утверждается, что тело мёртвого колдуна / ведьмы следует определённым образом уничтожить: сжечь, проткнуть осиновым колом, отрубить голову и положить в ноги, и подобное. Даже железная ограда вокруг могилы пришла к нам из погребальных обычаев цыган.
Цыгане славятся ведьмами, и чтобы после смерти они не тревожили живущих, делали вокруг захоронения ограду, ибо, по поверью, восставший из могилы не сможет её преодолеть, а так и будет ходить внутри.
Этот общий для многих народов обычай в отношении мёртвых тел колдунов и объясняет слова Ибн Шакабао: « блажен тот город, чьи колдуны лежат во прахе ». Но почему так? Дело в том, что даже мёртвое тело сохраняет как на генном, так и энергетическом уровне некую память и силу, присущую ему при жизни. А колдуны, как, впрочем, и святые, обладающие магической силой при жизни, сохраняют её и после смерти в своих телах.
Даже слово « маг », от древнеперсидского magus, и « магия », от латинского magia,— но этимология этих языков ровным счётом не объясняет в значении, кроме русского языка. Маг— тот, кто что-то может, т. е. « могущий » и « могучий », однокоренные слова с заменой « а / о ». А как назвать силу мага, или « могущего »?— « мощь »; отсюда и слово « мощи », т. е. останки, сохраняющие в себе магическую силу, и не важно— тёмную у колдунов или светлую— у святых.
Эти мощи обладают чудодейственной силой, какой обладали их носители при жизни. Поэтому христианский культ мощей, строго говоря, к христианству не имеет никакого отношения, это архаичное общеарийское наследие.
В Книге Д. Тайсона « Странствия Альхазреда » вполне справедливо даются сведения о некромантах-некрофагах, что охотятся за телами мёртвых магов, чтобы поедать их. Ибо даже небольшой съеденный кусочек мёртвой плоти мага передаст его силу, способности и знания проделавшему это.
Волхв Велеслав вариацию этого некрокульта в контексте « Шуйного пути » передаёт так: « Испив из черепа волхва— мудрость его обрящешь ».
100