203
Апокриф-119: сентябрь 2017( F5.3 e. n.)
оказался в христианском Раю,— настолько его описания были идентичны тому, что я мог созерцать в этом сновидении.
В какой-то момент я осознал, что некто или нечто взывает ко мне за спиной. Я обернулся и увидел стройного, среднего роста черноволосого юношу, стоящего на земле и одетого на восточный персидский манер. Его голова украшалась чем-то чёрным и постоянно дымящимся, словно это украшение было сделано из самого дыма, постоянно и безостановочно испускающего свои судорожные клубы. Пожалуй, нечеловеческая природа в нём выдавалась лишь мертвенно-чёрной кожей. Такой чёрносерый оттенок обычно приобретает кожа, подвергшаяся некрозу, однако ничего в образе встретившего меня « человека » не указывало на его болезненность. Как мне показалось, он был весел и гостеприимен, его руки были раскинуты в приветствии, казалось, незнакомого, но приятного гостя. Примечательным являлось полное отсутствие вербального общения. В обыденной жизни для выражения собственных мыслей нам необходимо сформулировав мысль, озвучить её посредством речевого аппарата, после чего наш собеседник воспринимает её и анализирует. В данном же случае из цепочки выпадала потребность в речевом аппарате: все мысли передавались напрямую, и они даже не поступали, а сразу же осознавались.
Дух пригласил меня к небольшому столику посреди арены, рядом с которым располагалась пара стульев, неизменно золотистого цвета. Загадочной деталью оставалось лишь то, что элементы мебели располагались на эшафоте, на котором мы и разместились. Пока я следовал за ним, я успел оглядеться по сторонам, и— о чудо!— я вижу на трибунах сотни людей, одетых в персидские национальные одеяния, играющих музыку на валторнах и тарелках. Солнце всё так же слепило меня в этом необыкновенном месте, что не мешало мне наслаждаться непревзойдённой полнотой его красок, а мы, казалось, ещё очень долго беседовали о разных вещах, в подробности которых я не стану вдаваться.
Спустя некоторое время после этого странного видения я стал замечать, что окружающие меня люди изменили своё отношение ко мне: те, кто ранее не придавал значения моим словам, внезапно стали прислушиваться к ним и действовать в соответствии с этими рекомендациями. Коллеги по работе и учёбе стали на удивление более податливы моему влиянию, а в аспекте окружающей меня реальности я мог с почти стопроцентной уверенностью сказать, что практически полностью контролирую ситуацию вокруг. Немного позднее, более подробно изучая вопрос демонологии, к своему вящему удивлению я узнал, что Паймон— дух подчинения и подавления, его стихия— воздух, а соответствующие ей цвета— насыщенный голубой, золотистый и тёмносерый.
На сей момент мой опыт эвокаций включает 9 духов, попытки добиться эффекта от которых увенчались успехом, но это совсем не означает, что и все остальные опыты были столь же оптимистичны по своему содержанию, как и приведённый в этой работе. Взывая к ярости— вы получите ярость, что способна сгубить вас вашими же руками, но вместе с тем и закалить ваше сознание до невероятных высот. Взывая к благочестию— вы получите благочестие, способное научить вас производить впечатление на окружающих. Спектр изменчивости, которую адепт возжелает примерить на себя, почти безграничен. В этом и кроется неоспоримая прелесть столь удивительного явления как демонолатрия. Но также стоит отметить, что призыв всех 72 духов той же Гоэтии вряд
203