202
Магия
Следует чётко понимать, зачем вы это делаете и чего, в конечном итоге, желаете добиться. При наличии алтаря и всех перечисленных в четвёртом разделе атрибутов медитация проводится при зажжённых свечах перед алтарём. Во время призыва адепт может испытывать головокружение, ощущение погружения, а возможно, и сдавливающие головные боли( очень редко); не стоит из-за этого прерывать опыт. Главное в данной манипуляции— это синхронизация и отождествление себя с образом духа, попытка представить себя с ним максимально близко на всех планах и во всех отношениях, буквально « оживить » его. По окончании призыва( а момент окончания, как правило, определяет сам адепт, опираясь на собственное чутьё) можно повзаимодействовать с элементом стихии,— просто смочить кончики пальцев или взять в руку землю, погреть ладони от огня или соприкоснуться с дымом. Также можно привнести в ритуал малый акт жертвоприношения, окропив небольшим количеством своей крови печать, дабы вновь добиться необходимого состояния восприятия.
После проведения всех действий в комнате может возникнуть ощущение присутствия. Уже к этому времени может начаться изменение восприятия запахов, вкусов, цветовой палитры: обычный комнатный воздух может отдавать самыми разными запахами— цветов, трав, серы и т. п.; белый свет от ночных фонарей, падающий на стены комнаты, может восприниматься светло-розовым, голубоватым, жёлтым, пурпурным. По окончании работы следует отдать дань уважения призываемому и, задув свечи, отправиться отдыхать. Если результат был положительным, во сне вы увидите указание на то, к чему стремились.
6. Примеры из личного опыта; цели и задачи
Самый первый и, возможно, наиболее яркий удачный опыт воззвания мне удалось провести с тем же Паймоном, фактически без какого бы то ни было мистического антуража: всё обошлось обыкновенной сигилой и глубокой соответствующей медитацией. После манипуляции с печатью я отошёл в мир Гипноса. При этом я даже не пытался войти в состояние осознанного сна или как бы то ни было иначе повлиять на естественное протекание сна. Более того, в подавляющем большинстве случаев мне вообще не снятся сны,— однако та ночь стала явным исключением.
Мой взор ослепила яркая бело-золотистая вспышка. Ощущение того, что меня слепит ярчайший свет прямо во сне, наверное, останется со мной навсегда, поскольку ничего подобного ни до, ни после я не встречал. Немного привыкнув к ослепительному свету, я уже мог видеть над головой необычайно насыщенное синее небо, в зените которого ослепительно раскинулось золотистое солнце, которое и стало причиной моей временной слепоты. Окинув взглядом пространство вокруг, я осознал, что нахожусь в центре боевой арены, которая в очень многих деталях смахивала на римский Колизей. Примечательно, что и песок на земле и арена были будто отлиты из чистого золота. Массивные кирпичи стен арены переливались на солнце золотистым отливом, вновь и вновь ослепляя отражающимися от их полированной поверхности солнечными вспышками. Песок более напоминал золотую россыпь, что также игриво поблёскивала на солнце. Он абсолютно не был похож на тот песок, к виду которого привык среднестатистический обыватель. Проще говоря, отблеском солнечных лучей отдавало всё, что имело способность к отражению света, и если бы я не призывал демона, я бы мог с полной уверенностью сказать, что по какому-то комичному стечению обстоятельств
202