101
Апокриф-115: май 2017( B5.3 e. n.)
подконтрольным ему, что лишь наглядно подтвердит его идентификацию с сатанинским архетипом.
Сатанист нечеловечен, но он живёт среди людей, играя вне рамок и догм, обретая преимущество над теми, кто по неоправданной для сатаниста причине обрекает себя на оковы догмата, отчего жизнь мизантропа среди людей выходит далеко за уровень ежедневной пытки, становясь вполне удобным средством достижения своих целей. Но мизантроп на то и мизантроп, что сторонится стадности: он в самом деле не станет тратить своё время на завоёвывание « популярности » у толпы. Вполне возможно, он не станет вести светские « тусовки » с теми, чьи взгляды и общая суть противоположны взглядам индивида. Нелюдь действительно не станет заводить новые знакомства с каждым встречным-поперечным, как это принято в социализированных кругах, так как лежащий в основе всех жизненных аспектов рациональный подход будет чётко сортировать « кандидатов », редактируя круг общения сатаниста посредством какихлибо выдающихся качеств, так как для сатанинского индивидуализма « стабильного середнячка » недостаточно. В этом, кстати говоря, и кроется одна из причин « одиночества » мизантропов— в отсутствии подходящей индивиду компании в данной местности в данное время,— а вести контакты с кем попало— вариант далеко не лучший, отчего данная категория индивидов и приняла характер одиночек. По крайней мере, я ещё не видел здравомыслящего индивида, который ненавидел бы абсолютно всех. В любом случае, каждый из так называемых нелюдей согласился бы разделить общество с кем-либо на свой выбор. Однако за отсутствием таковых людей где-нибудь поблизости он и пребывает в одиночестве, что наталкивает на мысль, что одиночество мизантропа— не проблема мизантропа, но проблема людей, отчего у сатаниста и рождается стойкая антипатия к социальности. И, в самом деле, какого-то пламенного гуманизма нет и быть не может, однако это ещё не повод сбрасывать со счетов весь потенциал прагматизма, лежащий в социуме. Совсем недавно мне задали вопрос, как побороть отвращение к людям. На это последовал вполне простой ответ: « А зачем их любить? Разве для обретения пользы любовь является обязательным критерием? В таком случае, почему, когда мы смотрим на упитанного хряка где-нибудь на ферме, мы не испытываем к нему каких-либо симпатий, но чётко понимаем, что это польза( в частности, еда)?». Дабы понять сущность какого-либо явления, взгляда с одного ракурса будет недостаточно, следует подойти к проблеме с разных сторон. В нашем же случае, с одной стороны, социум будет чем-то фатальным, но, с другой стороны, и тем, что способно дать нам то, чего мы желаем, посредством манипуляций и разумного подхода. Социум окружает нас повсеместно, посредством социума сатанист способен совершенствоваться, ориентируясь на него и стремясь стать лучше социума. Чтобы сатанист обрёл власть и знания, ему необходимо обучение, что также сопряжено с социальной сферой, отчего ошибочно полагать, что Сатанизм предложит своему последователю полный отрыв от « мирской » жизни, который, кстати говоря, ничем не оправдан. Гораздо рациональнее научиться управлять этим социумом, дабы более не испытывать дискомфорта от его воздействия, а напротив, получать безусловную пользу, вовремя исключая его из своего личного пространства, дабы отдыхать от него, потешая своего « внутреннего мизантропа ».
101