ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
Итак, сюжет «Мертвеца» — сюжет инициации, становления личности. Его путе-
шествие — из этого мира в тот — и обратно: в сказках герой, подойдя к волшебному
лесу и победив в нём дракона, неизменно приносит победу домой. Вот только одно
отличие — у Блейка нет дома: «Я всё продал», — говорит он. Этот возвращение толь-
ко обещается: «Я возьму тебя к мосту, сделанному из воды. К зеркалу. Тогда ты бу-
дешь взят на следующий уровень мира. Место, откуда родом Уильям Блейк. Которо-
му принадлежит его дух» 1 .
О чём ещё фильм — глядя по самым заметным «верхам»?
О взаимоотношениях культуры белых и индейцев, об истреблении народа и
природы (как в сцене массового расстрела бизонов). О коллективном бессознатель-
ном, о котором говорит нам каннибализм чёрного убийцы Коула Уилсона. О христи-
анстве истинном и ложном — как козлиные черепа на стене дома и Библия, читаемая
перед трапезой охотниками на опоссумов.
Есть очень интересные, взывающие к истолкованию, ироничные аллегории:
одетая в чёрное «живая легенда», убийца Коул Уилсон, изнасиловавший и съевший
своих родителей, по догадке говорливого шотландца — родом из Австрии. Он... уби-
вает и съедает мечтателя Твилла, — очевидно, не желая, чтобы место рождения док-
тора Фрейда было так легко предсказано. Коул — зримое воплощение того подсо-
знательного, которое рисовалось Фрейду.
Интересен в фильме мотив табака. О том, нет ли табачку, спрашивают у Блейка
и Тэль, и Экзебиче, и лесная «семья». Блейк всё время даёт неправильный ответ: не
называет пароль, не прочитывает аллегорию. Табак в итоге оказывается — в индей-
ской традиции — жизненной силой: увидев мёртвых служителей закона, последова-
тель Фрейда Коул произносит: «У них точно нет табака». И только после новой встре-
чи с Никто Блейк правильно отвечает на вопрос. Иносказательное значение табака
подтверждается встречей на торговом форте: табак есть для белых (жизнь), а для
индейцев — только заражённые одеяла (смерть). Табак кладут в каноэ Блейку —
Блейку, переживающему и Коула Уилсона, и Экзебиче.
Неоднозначен в «Мертвеце» мотив медведя: к чучелу медведя обращается в
своей речи Дикинсон, с плюшевым мишкой спит болтливый киллер, сказку о медве-
дях слушает лесная «семья». Это символ архаичной культуры, тотемизма, цивилиза-
ционного нисхождения к хаосу. Другой аспект образа — созидательный и «романти-
ческий» («Ты прервал очень романтический момент, Уильям Блейк!» — говорит Эк-
зебиче) — отражён во встрече Блейка с Экзебиче и его подругой в лесу. Двое индей-
цев, накрывшись шкурой медведя, издают вполне звериные звуки... Один и тот же
образ становится амбивалентным.
Но весьма важное и до сих пор мало кем прочитанное иносказание Джармуша
относится всё же во многом к литературе. Недаром главный герой фильма — Уильям
Блейк.
1
I will take you to the bridge made of waters. The mirror. Then you will be taken up to the next level of the
world. The place where William Blake is from. Where his spirit belongs; там же.
56