Настоящий хозяин
сумма кредита большая, то это уже кабала, путь к потере самостоятельности, к банкротст ву. Если немножко, то можно. Кре диты берем в основном, когда убираем урожай: в это время цены на зерно нет, а нужны деньги. Как цены поднимаются, мы его продаем и расплачиваемся по кредитам. Это экономическая работа, кредиты можно брать, но с умом.
— Процентные ставки вас не смущают?
— Они большей частью у нас субсидированы, так что там остаются 4 – 5 %. Очень выгодно брать долгосрочные кредиты на покупку техники. Все время идет инфляция, а сумма кредита остается прежней. Таким образом, техника достается нам дешевле.
— Когда вы в последний раз обновляли технический парк в хозяйст ве?
— Мы постоянно что-нибудь приобретаем, по мере необходимости и старения техники.
— Какую технику покупаете— импортную или отечест венную?
— У нас один импортный трактор « Джон Дир », остальная техника отечест венная. Я патриот, не хочу давать работу загранице, она нужна нашим рабочим.
— Какую под держ ку оказывает хозяйст ву государст во?
— В 2013 г. мы получили 18 млн руб. субсидий, а налогов заплатили 50 млн. В 2014 г. налогов— на 65 млн, субсидий— 18 млн. В 2015 г. мы заплатили 71 млн, а получили— 14 млн. Сравнение не в пользу власти.
— На что получаете субсидии в первую очередь?
— На несвязанную под держ ку, страхование, кредиты.
— Вы страхуете урожай?
— Да, но думаю, что откажемся от этого, потому что выплаты получать очень сложно. Несколько лет назад мы страховали часть своих посевов: лен, ячмень, горох. Был неурожай. Ущерб на 29 млн руб. Только после долгих судебных тяжб, длившихся три года, мы смогли получить страховое возмещение, и то не в полном объеме.
— Не боитесь, если завтра случится такой страховой случай, от которого хозяйст во не сможет самостоятельно восстановиться, а страховки не будет?
— Да, мы зависим от природы. Но повышение культуры земледелия, внесение удобрений, средст в защиты снижает риски.
— Какие технологии сегодня используются в земледелии?
— Смешанные. У любой технологии должен быть порог окупаемости. Можно вкладывать средства и получить хороший урожай, но при этом загнать хозяйст во в убытки. Кому это нужно? Никому. Поэтому нужна наука, которая рассчитает порог окупаемости по каждой технологии.
— Ваше хозяйст во градообразующее для села?— Конечно.
— Какую под держ ку оказываете жителям?
— Дороги помогаем строить, школы ремонтируем, детские сады, больницы. Оплачиваем поездки школьников на экскурсии по России.
— С вашим опытом и знаниями никогда не хотелось переехать в Москву?
— Да зачем мне эта Москва?! У нас такое красивое село! Я, как из столицы вырвусь, такой счастливый. Со мной здесь здоровается каждый житель, каждый школьник, а в Москве— толпа, никто никого не знает.
Я ведь всегда жил на селе: не было ни дорог, ни телефонов, ни газа. А случилась научно-техническая революция, мы полетели в космос. Все изменилось. Но мы забываем, что научно-технический прогресс убивает в нас самого человека— творца. Люди стали рабами компьютеров, живут виртуальной жизнью, не замечают природу. Я такого не хочу: каждый день езжу по степи, вижу зайцев, фазанов, лисиц— от этого душа радуется.
— Иван Андреевич, как вы считаете, когда Россия сможет себя полностью обеспечить сельскохозяйст венной продукцией?
— 200 лет назад А. С. Пушкин написал: « Россия вспрянет ото сна, и на обломках самовластья напишут наши имена …» За эти годы наша страна пережила многое: войны, голод, разруху, но эти страшные события заканчивались, и наступал период подъема и развития. И этот период кризиса обязательно закончится, придет осознание у власти и народа, что нужно наращивать свое, отечественное.
— Как вам удалось в рыночных условиях сохранить колхоз? Вы этому где-то учились?
— Жизнь учила. Молодежь сегодня растет на новой литературе, а мы оттуда, из прошлого пришли, из нашего советского прошлого, трудного, но прекрасного, созидательного. По этому жизнь нас учила, я 12-летним мальчиком пошел работать. Здесь была оккупация, и наша семья была записана на уничтожение. Мы каждый день ожидали, что придут и нас в душегубку бросят. А семья была восемь человек: шесть детей, бабушка, мама больная. А когда немцев прогнали, я пошел работать. Перед войной окончил четыре класса— это равно сегодняшнему университету. Может, у нас тогда не было такой информации, как сейчас, Интернета там и прочего, но уровень наших знаний был гораздо выше, чем у сегодняшних выпускников. Вернувшись с войны, люди сразу включились в тяжелейшую работу по восстановлению хозяйст ва. Жили впроголодь, но трудились во имя родины, потому что так нас учили. Потом я окончил вечернюю школу, краевую советско-партийную школу, институт. Работал бригадиром, секретарем партийного комитета в крупных хозяйст вах, там я и учился. А когда пришел этот контрреволюционный переворот, не боюсь этого слова, я занял позицию по сохранению хозяйст ва. Этого бы не получилось сделать, если бы меня не поддержали люди. Мы вели рачительно хозяйст во, ничего не растаскивали. Были време-
50 № 3( 16), 2016 / Аграрий Плюс. Опыт. Инвестиции. Технологии /