— в Азии, Африке или Латинской Америке. Стекающиеся в города-гиганты люди совсем не обязательно « находят себя ». Здесь они часто влачат бессмысленное и неактивное существование. Урбанизация, сопровождающаяся коллапсированием в городах, может быть самым естественным, простым и безвредным путем снижения рождаемости в современном мире и в мире будущем.
Снижение плодовитости
Сходные феномены наблюдаются и в неблагополучных человеческих популяциях. Одно из таких проявлений— развитие эмансипации женщин. Одно из следствий ее— увеличение в популяции доли матерей-одиночек. Они довольствуются малым числом детей, их плодовитость обычно вдвое ниже, чем у замужних женщин. Да и последние при эмансипации избегают иметь много детей. Это самый безболезненный путь снижения рождаемости в наши дни. И не только в наши: вспомним указы цезарей, призывавших древних римлянок рожать детей, не заменяя их собачками, ручными львятами и обезьянками. Призывы, видимо, безрезультатные, раз их приходилось повторять вновь и вновь. Эмансипация обычно сопровождается внешней эротизацией общества, превращением половых отношений в средство общения и забавы. Вопреки обывательским представлениям, показная эротизация не только не приводит к увеличению рождаемости, но, напротив, ее сокращает. И это тоже испытали еще древние римляне.
Рождаемость и смертность
В наше время в развитых странах чаще всего встречаются одно-, двух – и трехдетные семьи. Нам часто указывают на то, что у наших прадедов имелось по 4— 7 братьев и сестер, говорят, что это некая древняя норма. Сколько же детей в семье должно быть с точки зрения биолога? Чтобы понять нелепость самой постановки вопроса, зададимся другим: сколько детей достаточно для воспроизводства популяции? В идеальном случае( если нет смертности в детском и репродуктивном возрасте) одной среднестатистической матери достаточно за жизнь произвести одну дочь. В среднем это соответствует двум детям обоих полов на мать. Такого уровня рождаемости достаточно для поддержания стабильной численности у любых видов растений и животных, включая человека.
Однако в реальной жизни требуется больше потомков, так как часть их погибнет, не успев размножиться. Сколько потомков нужно произвести для покрытия детской и репродуктивной смертности, зависит, как нетрудно сообразить, от уровня этой смертности: чем он выше, тем плодовитее должны быть самки.
Плодовитость у каждого вида имеет свой верхний предел, называемый потенциальной плодовитостью. Уровень смертности задается прежде всего условиями среды обитания в сочетании с образом жизни. Но вид может его изменить, выбрав ту или иную стратегию воспроизводства
Новая стратегия в новых условиях
Теперь ответим на обычный вопрос: почему в наше время в промышленно развитых странах преобладают малодетные семьи? Во второй половине XVII века несколько европейских северных народов( англичане, затем голландцы и французы) встали на путь промышленной революции, которая позднее в тех же странах переросла в научно-техническую. Этот путь занял у них три столетия— довольно долго в сравнении с жизнью одного поколения. Эти народы все изобретали