но, что покорившись они потеряются, их не станет. Поэтому они и впряглись в плуг, чтобы не потеряться. Они знают, что Бог создал на земле много народов, но те из них, что покорились- потерялись, их и след в истории простыл... И сегодня теряется... Они не из книг, а из памяти знают историю. Они не первый раз лишаются родины. В глубине тысячелетий они жили в далекой стране. У них были могущественные цари и царство. Это царство они помнят и спустя много тысяч лет. Оно называлось Шеме. Когда им нужно одно великое сравнить с другим великим, они говорят: « как мать-Шеме ». Эта была древняя Шумерия. Но жестокость и алчность людей родилась не сегодня, а вместе с человеком. Эта алчность пришла и в их Шумерию, чтобы захватить и покорить... Разбитые, но не покорившиеся, они ушли в другие края. Создали новое государство- Урарту. Это ученые не знают, кто его создал, а они знают. Они, основавшие это государство и сегодня говорящие на его языке, на языке, которым писались клинописи урартских памятников, которые тужатся прочесть ученые мудрецы, они впряглись сегодня в колхозный плуг, чтобы сохранить этот язык себе и другим. Но разве встретятся они, впрягшиеся в плуг, и сидящие в кабинетах, чтобы поговорить о их древней родине? Как может понять многомудрый ученый язык Урарту из уст человека, тянущего по степи плуг? Когда алчность и жестокость догнали их и на новой родине, и ассирийские цари бросились жадно делить их вспаханные поля и каналы, несшие воды на эти поля, они ушли еще дальше и поселились в горах и больше никогда не ставили над собой царей, ибо там, где есть царь, всегда должен быть и подданный... И война... Десятилетиями сражаясь с теми, кто пытался покорить их и на новой родине, они потеряли письменность- им некогда было писать, но сохранили память и дух... Теперь в этой степи их осталось совсем мало. Они привезены сюда на смерть, на съедение для этой степи, на исчезновение, но они непокорные и им надо выжить, а чтобы выжить, надо рожать много детей...
Они были удальцами, но не абреками, но их часто делали ими. Они не были ни ворами, ни разбойниками. Они и сами говорят « у абрека не бывает аула, у вора- богатств ». У них были аулы, вспаханные поля. Но когда советская власть, за которую они отдали свою кровь, стала выбирать из них лучших и убивать, они стали уходить в горы, чтобы остаться в живых. Они не хотели
54