край. Они никому не покорялись. Когда пришел Чингисхан, не покорились ему. Они взошли на свою последнюю гору и сражались против него двенадцать лет, но не покорились. Тимур огородил их родину огромным рвом, возводил курганы из их черепов, но не смог покорить... Тьмой нагрянул на них крымский хан, когда такой же весной они пахали свои лесные поляны. Но они не покорились ему, и ушел хан, оставив в чеченских лесах и горах тысячи и тысячи черепов своих воинов, а чеченцев назвав дикарями... А они продолжали пахать. Пришли генералы белого царя и стали сеять картечь на поляны чеченцев, но они не покорились, и генералы назвали их злодеями... Пришел Деникин сбросить советскую власть с седла, но они не дали, и ушел Деникин, назвав их разбойниками, а они продолжали пахоту... Соседями у чеченцев были грузины. И не один раз грузинские цари прибегали просить их о помощи. Шли чеченцы в Грузию, сажали обиженного царя на престол и возвращались домой. Но себе царя не искали и власть над собой не ставили. Они доверяли себя и свободу свою только самим себе...
Самое главное у чеченцев слово. Оно стоит очень дорого. Слово свое надо беречь. У них всегда был беден не тот, кто потерял богатство, а потерявший слово. А теряет он его, когда дает кому-то и не выполняет. Тот, кто нарушает его, называется « человек без слова ». Плохо быть « человеком без слова ». Уже и не человек он, а скорлупа от человека. Нарушивший слово нарушает равновесие мира. У чеченцев можно украсть скот, увести коня, невесту из-под носа жениха, но нельзя у самого себя украсть слово. Если у человека увели коня, он пойдет к тому, кого подозревает, и потребует дать слово, что он коня не уводил. Тот, если увел, слово не даст, а отдаст коня, если не уводил- даст слово, и хозяин пойдет дальше искать коня и обязательно найдет его. Царь, власть, суд им были не нужны. Царем, властью, судьей было для них слово. С того, кто нарушил слово, можно было снять даже штаны, а большего позора в горах не существовало, такое случалось редко. После этого человек, надев даже тысячи штанов, всегда оставался голым. А голый уже не может жить среди людей. Он сам уходит...
Они, впрягшиеся в плуги, довольны. Конечно, тянуть лямки тяжело. Со всех них в прохладу весеннего воздуха поднимается
48