лялись к нему. Люди тянулись к нему, как будто чувствовали исходящую от него таинственную и притягательную силу. Он обладал бесценным даром быть преданным и верным в дружбе до конца. Друзья отвечали ему тем же. « Многим я обязан моим друзьям. Уже одного доброго отношения таких выдающихся деятелей, как Мартирос Сарьян, Александр Твардовский, Георгий Леонидзе, Симон Чиковани, было бы достаточно, чтобы считать себя счастливейшим человеком, баловнем жизни »,- писал об этом отец.
Папа был совершенно лишен тщеславия, он никогда не требовал для себя особых привилегий, почестей. Он никому не завидовал, не боялся соперничества, считая, что это— удел бесчестных людей.
Радует то, что творчество отца не забывается его собратьями по литературе, его имя не замалчивается. И это правомерно, ибо большие поэты не принижают, а поднимают всех на ту высоту, на которой они находились сами.
Отец был широко образован, его познания во всех областях культуры поражали. Он считал, что поэт не может не интересоваться живописью, музыкой, театром— всеми вопросами художественного творчества: « Какая радость— открыть для себя любого из замечательных художников. Вдруг ты впервые узнаешь Рембранта или Шуберта, Ван-Гога или Лорку, Сезанна или Скрябина, Матисса или Равеля! Какой это праздник каждый раз ».
Отец много писал о вопросах творчества. О месте художника в жизни, о его предназначении, показав себя блестящим публицистом— тонким, талантливым и проницательным исследователем литературы и искусства. Достаточно вспоЦнить, как глубоко и точно оценивал он своих современников и великих предшественников. По словам Семена Липкина, мало кто, как К. Кулиев, мог писать « с такой свободой, пылкостью и первоприродным чувством русской речи ». Размышления отца о мастерах литературы и искусства прошлого и современности составили книгу его яркой публицистики « Так растет и дерево ». Эта замечательная книга мудрого и тонкого мастера освещена светом его ума и удивительным обаянием его личности. Эта книга включает и « Страницы автобиографии », написанные отцом. У них есть подзаголовок « Дом и мир ». Когда-то отец хотел назвать так свой сборник стихов. Он сказал об этом намерении Анне Ахматовой, навестив
149