республика21век МАРТ 2020 ЖУРНАЛ_МАРТ 2020

ОЧАРОВАНИЕ ОПЕРЫ Татарский академический госу- дарственный театр оперы и балета им. М. Джалиля в ХХI веке обогатил свой ре- пертуар двумя национальными балетами – «Сказание о Йусуфе» и «Золотая Орда», а так- же двумя операми – «Любовь поэта» о жизни Габдуллы Тукая и «Сююмбике». Последняя обра- щается к образу прекрасной казанской царицы, имя которой окутано множеством легенд. Автор либретто – поэт Ренат Харис – в своем обращении к зрителю в программке спектакля делает акцент на том, что «Сююмбике» – не документальное произведение, не- смотря на то что «сюжет оперы основан на исторических событиях и ее персонажи являются реальными личностя- ми». В этом заложены, на мой взгляд, серьезные противоре- чия, поскольку автор манипулирует сознанием зрителя, созда- вая «удобные» ему смыслы. Вот, например, в первом действии зритель узнает, что у овдовевшей за два года до событий Сююм- бике – символа чистоты, самопожертвования и верности – есть воз- любленный – начальник дворцовой стражи Кошчак. Возможно, автор либретто хотел таким способом создать более сложный образ героини, уйти от идеализации, но сделал это неудачно: я еще могу допустить, что в ХХI веке подобная свобода нравов возможна, но чтобы татарская жен- щина позволила себе подобное в XVI веке – трудно себе представить. Не- корректно механически переносить в средние века понятия, образ жизни и мышления людей нового времени. Еще один пример. Арии героини пронизаны любовью к Казани, к своему народу, высоким национальным самосознанием в самом лучшем смысле. И я допускаю, что дочь ногайского бия Юсуфа, прожившая в Казани несколько лет, могла полюбить город и, как истинный правитель, заботить- ся о благе народа Казанского ханства, но национальная идентичность не была свой- ственна людям XVI века. Это искажение смыслов придает «не документальному про- изведению» такие акценты, что оно перестает быть чисто художественным, приобретая политический подтекст. Еще одним недостатком либретто, на мой взгляд, является поверхностность проработки мужских образов. И дело не в том, что все они сплошь отрицательные персонажи – тираны, предатели, садисты, которые только и делают, что мучают Сююмбике, а в том, что они трафарет- ны, статичны. И это не вина артистов. Вот, например, Иван IV, партию которого прекрасно испол- няет Ахмед Агади, – это деспот, который терзает сердце Сююмбике: казнит ее любовника, отнимает сына, заставляет выйти замуж за ненавистного касимовского хана Шах-Али. Но ведь на момент их предполагаемой встречи с Сююмбике ему было не более 21 года, он еще не стал тем Иваном Грозным, каким нам его показывают. Здесь можно было подойти к трактовке образа нестандартно, показать его в динамике, раз уж автора интересует тема человека и власти. Как он стал таким, почему. Вот это было бы интересно. Ведь Иван IV тоже оказался в непростом положении: Казанью, фактически у него под боком, правили ставленники крымского хана – злейшего и мощного врага Москвы. Оставить все как есть значило бы 14 март 2020 www.республика21век.рф

республика21век МАРТ 2020 ЖУРНАЛ_МАРТ 2020 | Page 16